Ветка смородины

А нам бы зажить спокойной жизнью, ан нет! Говорят, все человеческие пороки к старости ещё больше обостряются. Этому поверишь, глядя на жену. Да и я не идеал, хотя непьющий, некурящий, нескандальный.

От ворчаний жены меня спасала работа столяром и работа дома на участке и по хозяйству. Мне в то время уже пятьдесят четыре стукнуло.

И вот наступил момент, когда, кроме Нади, я и думать ни о ком не хотел. Мне очень хотелось узнать её отношение ко мне. Надя работала в больнице медсестрой, и я мог её видеть только в выходные дни или рано утром – до работы, или вечером – после работы.

Иногда я прятался за деревьями и наблюдал за ней, когда она работала на участке. Я стал замечать, что и она смотрит в сторону моего дома, не появился ли я. Ей также хотелось общения со мной. И в один из дней я решился вызвать её на откровенный разговор.

– Надя! Можно мне прийти к тебе в гости? Что мы всё через изгородь общаемся?!

– Это ещё зачем? – строго спросила она.

– Мне хочется тебя поближе узнать, поговорить есть о чём…

– Поближе у тебя жена есть! Мне с женатыми чаёвничать – нет желания! И ты, Петр, больше таких разговоров не веди.

Ни к чему это, – отрезала Надежда.

После этого разговора Надя старалась не смотреть в мою сторону, а когда я здоровался, отвечала сухо и кратко. Иногда я просил её подойти ближе ко мне, но она отказывалась. Я же исстрадался, и Надя, видя это, сменила гнев на милость. Мы стали общаться как и прежде, хотя в моём сердце уже горел огонь желания.

Я хотел её!

Моя жена уехала в город навестить детей, и я решил вечером постучаться в дом к Наде. Калитка у её дома была без замка, и я легко вошёл во двор. Время было тёмное, но не позднее, в окне горел свет. Я стал стучать в дверь – ответа не было, решил постучать в окно – Надя не отвечала. Думаю, она догадалась, кто стучал: свет в окне погас… А я ещё долго стучал и ждал, что она сжалится, поймёт меня, но увы. Такие походы к Наде по ночам я устраивал каждый раз, когда жены не было дома.

Надя была непреклонна.

Во дворе стояла поздняя осень, работы на участке были завершены, и я её почти не видел. Моё сердце разрывалось от тоски и любви! И однажды решил проявить мужской характер – добиться встречи с ней во что бы то ни стало. Кто любил – поймёт меня. Выпив немного для храбрости, я пошёл снова к Наде.

Половину ночи стучал в дверь, просил открыть мне, умолял, плакал… Сидел под дверью и скулил как собачонка. Ответа не было.