И всё-таки после ночи наступает рассвет. Приключенческий роман

И всё-таки после ночи наступает рассвет. Приключенческий роман

Екатерина Полухина

Приключенческое, захватывающее произведение о молодой девушке, по воле судьбы попавшей в самую глушь первозданной тайги, где хозяйничают олени, рыси и хозяин тайги – Потапыч. Но, несмотря на молодость, девочка отлично подкована своим папой, лесничим, и такая жизнь не только для неё испытание на выживаемость, она закаляет её для другой жизни, в которой она ещё будет счастлива не только как женщина, но и как человек в целом, в жизни.

И всё-таки после ночи наступает рассвет

Приключенческий роман

Екатерина Полухина

© Екатерина Полухина, 2019

ISBN 978-5-4496-2793-3

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Рыдает дождик с самого утра,

А, на озябшем, мокром перекрестке-

Стоит любовь, забытая вчера

И, кутается в жалкие обноски

Какой абсурд: лохмотья из парчи

И, до крови искусанные губы.

Она не плачет, нет,… она молчит

И, только крепче стискивает зубы.

Любовь стоит с протянутой рукой,

Она не просит денег и нарядов.

Ей просто нужен кров над головой,

Тепло и сердце, бьющееся рядом.

Глава 1

Умение любить, самозабвенно, остро, щемяще, ей досталось, наверное, от родителей – Ульяны и Андрея. А, вот внешностью Любаша была копия бабки, Устиньи Глотовой, первой красавицы на Дону. Даже богатые купцы готовы были, не только побаловаться с девкой, жениться предлагали. Но, она хорошо знала своё место, простой казачки, да и Егорушку своего любила до беспамятства.

Вот от этой огромной любви родилась Ульяна, мать Любаши. Отец её, попавший ненароком на Дон, как увидел Ульяну, так и понял, что пропал. Утонул в глубоком омуте девичьих глаз.

Сама Ульяна, воспитанная в строгости, боялась, и подумать даже, о долговязом и нескладном парне, с копной русых волос. С влажным туманом в ясных глазах, что заставлял девушку, пламенеть щеками и пробегать мимо с коромыслом, закрываясь тяжёлой, толщиной в руку косой.

Только бы родители не заметили этого всполоха в девичьем сердце, а то враз батяня отдубасит верёвкой, или же хворостиной, что так впивалась в нежное, девичье тело. Оставляя, на вышитой сорочке кровяные полосы.

Мать кидалась заступиться за дочку, но Егор Кузьмич, любя и жалея, как жену, так и своё единственное дитя, мог так поучить и её во имя правильности жизни, что мало никому не казалось. На кону лежала честь семьи, честь рода и это было превыше всего.