Запруда

Проснулся от запаха готовящейся пищи и, встав, проковылял на кухню. Приятель готовил – любил это делать в отличие от многих холостяков. На нем был фартук в цветочек и шорты с сандалиями, больше ничего. В углу рта примостилась сигарета. Он сказал «Привет» и махнул деревянной лопаточкой, блеснувшей жиром в солнечном свете. Поглядев на этого беззаботного человека, Царев вспомнил о своей семье и ощутил зависть. Жена, восьмилетний сын – он их любил, без сомнений, но иногда так хотелось стать таким же – свободным.

Царев дождался, когда еда из тарелок перекочевала в желудок, и сказал, что пойдет прогуляться.

Один.

– Не заблудишься? – спросил приятель,

– Нет, конечно. – Царев решил взять фотоаппарат. Мысль сделать несколько снимков озера и его окрестностей появилась секунду назад. – Я помню, – добавил он.

– Смотри. Не сворачивай никуда, – ответил приятель, закурив. Он сложил руки на животе и вытянул ноги под столом. Вся его поза выражала довольство. Вчера весь вечер они говорили о своей жизни, о прошлом, настоящем, о том, что намереваются встретить в своем будущем, но Царев ничего не помнил из этого разговора.

Странно. И банально. Видимо, он попросту напился, хотя похмелья и не чувствовал.

Теперь Лошкарев наблюдал за ним, прищурившись. Неужели вчера вечером он что-то такое сказал, за что ему может быть стыдно?

Царев надел на плечо сумку, пристроил на дно цифровую фотокамеру.

«Не сворачивай никуда». Он что, пошутил? Царев заглянул в комнату. Приятель стоял возле стола с банкой пива, которую намеревался открыть.

– А что произойдет?

– В смысле?

– Если сверну? – спросил Царев.

– Я имел в виду, что даже я тут не все знаю. Мало ли что. – Он улыбнулся и открыл банку, та коротко зашипела. Было похоже на то, как чихает кошка.

Вечно у него так, всякие намеки да полуфразы. Их десятилетнее знакомство не сделало Лошкарева понятней. Может быть, все писатели такие…

Узкая тропинка, засыпанная козьими шариками, причудливо извивалась. Царев обходил следы, оставленные животными, но не видел поблизости ни одного из них.

Он повстречал только одного человека с того момента, как вышел из дома, и тот – невысокий мужчина – даже не поглядел в его сторону. Цареву было все равно. Он шагал, погрузившись в себя, и старался не думать ни о чем. Одно время пытался припомнить вчерашний разговор за пивом, однако и это быстро надоело.

Солнце скрылось за фронтом облаков. Тень поползла по земле и настигла Царева на полпути к озеру.