Два шага до триумфа. Признание

Чаще всего – спящая на диване фигура, от которой веет усталостью. Ещё Яну почему-то запомнилась газета. Она всегда лежала на полу, выпавшая недочитанной из отцовских рук.

Мать тогда была молодой, красивой и энергичной. По утрам бегала в парке с подружками, носила модный спортивный костюм, читала «Бурду» и мечтала, что муж, в благодарность за рождение сына, подарит ей натуральную шубу.

День, когда нужная сумма была накоплена и родители радостно собирались за покупкой, был тёплым. Ян знает точно – яблони цвели, и влюблённые в солнце воробьи, рассевшись на проводах, сушили перья на ветерке.

Ну зачем, зачем нужна была шуба весной? Ян не понимал и очень хотел, чтобы все пошли на прогулку в парк.

«Успеем в парк!» – сказала мама.

Обманула.

Весну, лето и осень затянуло в чёрную дыру.

Город в одно мгновение накрыла зима.

Из окна больничной палаты дуло. Ян мёрз, ему хотелось закутаться в одеяло с головой, спрятаться от всех, но сил не было даже на то, чтобы дотянуть его до подбородка.

Потом появилась хромая мать в гипсе и с перекошенным от боли лицом. Коротко прохрипела: «Папу не жди. Папа умер».

И снова ушла.

Не поправила одеяло. Не поцеловала. Не погладила по голове.

Бросила Яна с чужими людьми.

Когда он всё-таки вернулся домой, родная квартира изменилась. Потемнела, затихла. И Ян тоже стал другим.

«Руки, ноги, голова на месте – скажи „спасибо“!» – говорила мать, не уточняя, кому именно говорить это «спасибо». А он возненавидел своё, ставшее медлительным и неповоротливым, тело, постоянную боль в спине, тошноту и головокружения.

Светлым пятном того мрачного времени стал приезд бабушки из деревни. Она пекла пироги и ватрушки, рассказывала Яну сказки и по ночам, когда ему было совсем невмоготу, растирала ноги своей шершавой ладонью, шепча молитвы. Её дочь бродила по дому, как привидение, то и дело плакала и бормотала: «Кому я теперь нужна с больным ребёнком? Кому нужна?»

Вместе с бабушкой он несколько раз побывал на могиле отца.

«Баб! Давай её домой заберём! Красивая!» – просил Ян, но она не разрешила. Когда они приехали в следующий раз, ручка исчезла.