Спригган

Все это походило на допрос, но чего только иной раз не услышишь от господ заказчиков. Бывает, спрашивают такое, что волосы дыбом поднимаются. Понять их можно – в таком щекотливом деле любому нужны твердые гарантии.

Нынешний гость не стал исключением.

– Позвольте провести в этой связи небольшой тест, – сказал барон, посмотрев сначала на меня, потом на Фогарда.

– Какой тест? – Агент строил из себя моего строгого дядюшку. Он всегда такой, когда возникает необходимость отстаивать мои интересы. – Для чего?

– Я хочу убедиться в наличии этого уникального дара у Локи Неуловимого.

Я хмыкнул. Видали и такое. Не все клиенты, конечно, знали про антимагию, но те, кто знал, тратили некоторое количество времени, чтобы раздобыть тому доказательство.

Однажды тут был волшебник. За большие деньги он предлагал мне провести полнейшее обследование моего организма, ну полнейшее, разве что не заикался о вскрытии (хотя, наверное, и мечтал об этом). Я отказался наотрез, хотя нуждался в средствах, а Фогард едва не выставил кудесника за дверь при помощи тяжелой палки.

Виртольд достал из кармана какую-то вещицу ромбовидной формы, с гравировкой, изображающей паука.

– Это амулет. Его назначение – уберегать носителя от различных болезней. Он индивидуален, изготовлен на заказ. Его не может взять в руки никто другой, кроме меня. Если кто-то его сворует, то далеко не унесет, потому что амулет моментально нагревается до высокой температуры. Испытано неоднократно.

Фогард недовольно покряхтел, передвигая туда-сюда свое седалище.

– Решать тебе, Локи. Извините, господин барон, это не от недоверия к вам, однако… надо всегда быть начеку…

– Вот именно, – отозвался Виртольд, глядя не на него, а на меня.

– Какая разница, – ответил я.

В моем присутствии не работало ничто магическое. Моя аура начисто вырубала любые сильные заклятия – даже пятого и шестого уровня, если я правильно помню. Те, кто приходил сюда с багажом разных волшебных бирюлек в карманах (многие носят их пачками, на все случаи жизни), вскоре убеждались, что их талисманы, амулеты и обереги потеряли свою силу.

Виртольд был не дурак. Наверняка, кроме этой безделицы, он больше ничего с собой не взял.