Как мы не стали бандой

Почему-то Петя помнил, что с утра она собиралась к бабушке.

Антон Маяков

(5 СЕНТЯБРЯ)

Подписано соглашение «Минск-1».

У Антона непроизвольно вздрагивала рука, когда ему звонила мать. В последние годы приятного разговора по определению ждать не приходилось. Пронзительные нотации о том, что «страна впала в маразм» и «каждый честный человек обязан возвысить голос», сменялись обсуждением персонального дела А. Маякова. Со всей возможной жесткостью секретаря институтской комсомольской организации образца 1963 года.

Выкинутый из Администрации президента, Антон, вопреки ожиданиям Раисы Николаевны, не пополнил ряды оппозиции. Он все так же болтался рядом со Старой площадью, но уже на малозначительных ролях. Антон предполагал, что мать смущает именно последнее обстоятельство. Если бы он оставался среди первых, то это хотя бы тешило материнское самолюбие. Но быть ничтожеством при негодяях…

Звонок повторился. Надо было все-таки взять трубку, натренированно крикнуть: «Не могу сейчас говорить» (вот в эту секунду это было бы правдой), – и подготовить себя к более продолжительному разговору.

– Антон, – голос Раисы Николаевны звучал непривычно тускло, без привычного металла, – мне что-то совсем скверно, я упала, но смогла добраться до кресла, ты бы приехал.

– Да, мама, сейчас, продержись двадцать минут, я сейчас, мамочка, ты продержись…

Его неуверенное бормотание мать как-то взбодрило.

– Не хнычь, а приезжай побыстрей, – в по-прежнему тусклом голосе проявились привычные и неожиданно успокоительные для сына нотки.

Маяков забежал в приемную, оттуда в кабинет – участники совещания как раз тянулись в него, известил большого начальника: «Мать заболела, я отвезу в больницу и вернусь». Секретарь и пара чиновников сочувственно кивнули, еще один глянул с завистью, совещание обещало быть долгим и бестолковым. Выскочил на улицу, махнул рукой первому же такси.

«Пригодилась бы теперь персональная машина, ох пригодилась бы», – подумал Антон, залезая в теснющий «форд-фокус».

Но теперь-то откуда?

Маякова отодвинули от по-настоящему важных решений и густых финансовых потоков, но голодать не приходилось. От отца осталось издательство с мощным контрактом на учебники. Были и другие заказы. Антон просто не знал, как устроить себе постоянного водителя. Такими вопросами всегда занимался Крипун. Но теперь он сидел на высокой-высокой веточке и болтал ногами.