Чрезвычайный и полномочный

– Наверняка, – ответил второй. – Раз есть трубы, должны быть и трубочисты.

– Но на его месте я бы не стал появляться в приличном обществе с такой мордой. Я бы умылся.

– Я бы тоже, – согласился первый.

Черныш гнал лошадей так быстро, как мог. Стремясь увезти виконта подальше от любопытствующих взоров, дроу даже забыл, что оставил во дворце некоторые предметы хозяйского туалета.

В конце концов, подумал он позже, сейчас это абсолютно неважно. Главное – вытащить Талиесина из этого двусмысленного положения.

Таковым, по крайней мере, оно казалось дроу, мыслящему цивилизованными категориями. Но он ошибался. Конный марш-бросок по улицам Рыгус-Крока, конечно, привлекал внимание прохожих, однако дело было не в виконте. Хотя люди из цивилизованных стран здесь до сих пор почитались в качестве экзотики, но что тут такого? Кто из тех, кто живет в столице Диккарии, не впадал с перепоя в белую горячку? Чушь. Но сама суета и фонтаны грязи, вздымавшиеся из-под копыт и окатывавшие каждого встречного-поперечного, служили поводом к вниманию и неудовольствию.

Черныш понял это слишком поздно – когда обнаружил, что за ними гонится небольшая разъяренная толпа.

Впереди бежали пятеро ландскнехтов. Варвары, разодетые в яркое, богатое и чистое (когда-то), были до крайности возмущены, что какие-то паршивые задохлики окатили их жидким дерьмом, и намеревались объяснить Чернышу, насколько крупную ошибку он сделал.

За ландскнехтами бежали личности менее чистые и модные, но такие же разъяренные.

В лапах у них сверкали орудия убийства. Наиболее распространенным был меч, покрытый пятнами ржавчины.

Подумав на секунду, не остановиться ли для переговоров, Черныш пришел к выводу, что лучше не надо. С переломанными костями Талиесину будет достаточно трудно исполнять обязанности чрезвычайного и полномочного, поэтому дроу только прибавил ходу.

Касательно самого Талиесина, то всю дорогу он балансировал на грани падения. Особенно на поворотах.

А узрев толпу линчевателей, принялся хохотать и жестикулировать. Толпа восприняла невинную шалость посла как знак несомненного издевательства и побежала быстрее, швыряя на ходу кусками свиного навоза и комками грязи.

Один комок прилетел виконту в физиономию и чуть не вышиб из седла. Черныш в ужасе поддал газу.

Через Старый Город тиндарийцы пролетели как молнии. Погоня начала выдыхаться. Особенно удачным было падение самого расфранченного ландскнехта.