Тайна музыкальной шкатулки

Высокие ели, словно грозные дядьки-великаны с мохнатыми игольчатыми ручищами, так и норовили задушить девочку в колючих объятиях…

Ее хлопковый сарафанчик, вышитый ромашками когда-то был белоснежным, а сейчас потускнел и покрылся мелкими прорехами – ни одной целой ромашки. И сама девочка напоминала ромашку, которая давно не видела солнца и тепла. На грязном личике васильками блестели глаза. Слезы бежали из них, падая на опущенные уголки губ. Светло-русые кучерявые волосы давно не расчесывали, а отдельные прядки, мокрые от слез, прилипли к щекам.

Раньше она жила с мамой и папой в доме богатого господина. Малышка называла его великаном. Он обладал могучей силой, был суров и жесток. Огромными руками он вытаскивал дерево из земли, а родители Бала рубили его на дрова.

У великана было много рабочих. Они трудились с утра до вечера без отдыха, а принимали пищу один раз поздно вечером. Из-за тяжелого труда многие слабели и заболевали. От них господин живо избавлялся.

Бала горько расплакалась, когда захворали мама и папа.

Через пару дней великан отделался от них, а девочку, не успевшую даже обуться, завел в гущу леса и оставил, надеясь, что ею полакомятся волки. Напоследок, злодей разжалобился, отдал девочке свои гигантские башмаки и ушел восвояси.

Но хищные звери не торопились с обедом, а малышка не стала их дожидаться, и побрела, не зная дороги.

Она искала глазками проблеск в темном лесу и оглядывалась в надежде найти защитника.

Мама и папа не спасли ее, тогда кого же ждать? Малышка разрыдалась в голос, вспомнив, что родители умерли.

Ели шумели ветвями, а совы, угукали зловеще и еще больше пугали.

Небо утонуло в беззвездной, черной пустоте, будто давно умерло. Луна спряталась. Малышка брела на ощупь.

Вдруг вдалеке тревожно зашумели деревья. Наверное, там бушевал сильный ветер. Малышка расплакалась сильнее. Она так испугалась, что и бежать не могла, стояла и не шевелилась.

За деревьями нарастал гул – земля задрожала под ногами.

Потом резко наступила тишина. Небо расчистилось под порывами ветра, и луна, вынырнув из-за облаков, осветила острые ели. Ночной лес вдруг собрался гармошкой влево, словно кто-то раздвинул гигантские чёрные шторы.

За «шторами» оказался высокий, несуразный, худенький подросток лет пятнадцати. Он оглядывался по сторонам и искал кого-то.

Позади него тоже был лес, но светлый и живой.