Любовь, сносящая крышу

Вот теперь я одна в этой палате? Что б поделать? Хм? Что за звуки? Кто-то что-то обсуждает, и они направляются ко мне в палату. Закрою глаза, что б подумали, что я сплю! Дверь захлопнулась.

– Вы думаете, память восстановится? Я вот сомневаюсь, даже если она и будет что-то вспоминать.

– А я думаю, что у неё все будет хорошо! – возразил женский голос мужскому голосу.

– Давай я тебе её отдам, но если провалишься, то у тебя минус будет, а не у меня, – самодовольно сказал мужской голос. Он будто хотел напугать её.

– Я согласна! Все равно с таким, как вы она не сможет выздороветь! Надо до последнего верить в выздоровление пациента! – настаивал женский голос.

Я выхожу из палаты, и ко мне подходит врач уже средних лет.

– Что ты так трясёшься над ней?

– Я вас не понимаю, – спросила вежливо я.

– Она уже не жилец! Ты не сможешь вылечить, у тебя опыта не хватит.

– Почему? Я довольно долго была ассистентом.

– Пф, вот если бы у меня была бы ассистентом то тогда ясно, но ты была у той тупой бабы! Да и одной 12-ти часовую операцию не вынести, а помогать тебе не будут.

– Думаете что вы хороший специалист? Хороший специалист не хоронит пациентов раньше времени! Хороший специалист поможет новичку, а не будет его оскорблять. Да и как вы выразились «та тупая баба» по умнее вас будет. Она серьезно хороший специалист и хороший человек. А вы до мозга костей погнивший.

После этого разговора я ушла на улицу, а там меня уже ждал Марк.

– Милая ты скоро? Я тебе сюрприз сделал.

– Да подожди полчаса, но потом обратно завези. У меня сложный пациент.

– Хорошо.

Быстро сняв халат и забрав телефон, я вышла на улицу. Не успела, сесть в машину Марк уже нажимает на газ. Я смотрю на мелькающие в окне здания, но вдруг появляются деревья. Нет домов, а только деревья.

– Приехали,– сказал он, а я с непониманием посмотрела на него.

– Топить собрался?

– Дурочка, тебе понравится.

– Посмотрим…

Он достает ткань и завязывает мне ею глаза.

– Просто знай, что тебя утопят мои друзья, если ты сделаешь это со мной, – издеваюсь над ним, а он на это лишь издал смешок. Что за дорога! Сломать ноги можно.