Спрятаны Под Сосной

– Привет пап, – поздоровалась я.

– Доброе утро звездочка, – мило высказал отец.

Родители меня называют такой с самого рождения. Не знаю точно, что повлияло на их выбор, но понимаю что они просто романтичные личности. И я не против такого обращения от родителей.

– Паста с обжаренным беконом и куриным филе, – оценил папа и остался доволен.

– Садитесь, – мама сама уже все расставила без моей помощи, но зла от этого не держала.

Первое время мы ели, вернее кто-то кушал, а кто-то запихивал в себя через силу.

– Что-то не так? – заметила мама мои потуги и медленное поедание пищи.

– …Горячее еще, а так вкусно, – придумала я.

Папа как всегда находился где-то внутри себя. У него раньше была собственная группа, но он выбрал семью и начал воспитывать меня. Он даже посветил несколько песен в мою честь.

– Йоко, как дела в школе, никто не мешает? – спросил папа, выглядывая через свои круглые очки.

– Нет, там все хорошо, мне повезло с классом, – здесь я говорила правду, ничего не выдумывая.

Моему отцу часто кажется, что ко мне кто-то пристает, в плохом смысле. Задирают или обзывают. Но задирать и обзывать – некому. В моем классе нет хулиганов.

С виду папа очень безобидный и даже женственный. Но если его разозлить, то он может избить человека с такой же скоростью, с которой играет на фортепиано.

– Вот будь ты в ее возрасте там, скорее, от тебя бы пришлось защищать, – иронизировала мама.

– Кто тебе такое рассказал? – удивился папа, понимая, что в то время моя мама была еще в Японии.

– У тебя как-то брали интервью, на одном из выступлений.

– А… славное было время. – Протянул отец, вспоминая первые выступления и мандраж перед выходом на сцену.

– Когда ты был хулиганом или вокалистом в группе? – спросила я, немного став частью разговора.

– То и другое. – Посмеялся мужчина и выпил немного вина из бокала.

Всегда было интересно послушать про его группу.

Вообще они играли на множестве инструментов. Мой отец мог занимать роль клавишника или гитариста, одновременно являясь основным вокалистом.

– А что стало с другими участниками группы? – cпросила я, уже забыв о еде.

Папа углубился в себя. Ему всегда нравился каждый участник, ведь он сам собирал эту группу.