Крысиный корабль

Через несколько часов нашего путешествия, когда родные берега Англии уже давно скрылись за густым туманом и отделились от нас нитью горизонта, ясное до этого небо заволокли тяжёлые тучи, поднялся сильный ветер и разразилась ужасная гроза. Возникла страшная буря. Пароход начало швырять не хуже чем яичную скорлупу. Среди пассажиров поднялась паника. Многие ушли с палубы в надежде переждать ураган в каютах, но качка была настолько сильной, что и там им приходилось несладко. Небо непрестанно сыпало на океан всполохи ярких молний и обрушивало страшные раскаты грома.

В воздухе сильно пахло электричеством и солью, запах которой приносили перекатывавшиеся по палубе волны.

Чем больше усиливалась буря, тем громче кричали пассажиры, хватаясь за все, что только могло удержать их на корабле. Волны поднимались все выше и обрушиваясь на палубу стали уносить в море тех несчастных, кто не сумел справиться с их натиском и в бессилии разжимали руку, ухватившую переборку, скобу или верёвку.

Самому мне удалось привязать себя ремнем к вымбовке.

Близкое мое расположение к борту судна немного защищало меня от яростной атаки волн.

Пароход гудел и стонал от давления воды и ветра. На палубе оставалось теперь только человек шесть, тогда как перед началом бури их насчитывалось не меньше тридцати.

Этот водяной ад продолжался не менее двух часов. Пароход наш получил большую течь и теперь медленно погружался кормой в затихающие волны. Тучи рассеивались, являя нам молочный цвет солнца.

Вскоре море совсем успокоилось, небо очистилось и наступил штиль. Один винт парохода сломался, хотя в данной ситуации он бы никаким образом не смог спасти положение, поскольку наша корма уже больше чем наполовину погрузилась в океан.

Капитан сообщил нам, что заделать течь невозможно и мы должны сесть в спасательные шлюпки, которые ещё оставались на палубе после урагана и немедленно покинуть пароход.

Сначала мы разместили в лодке раненных; после женщин и стариков. К счастью, на борту не оказалось детей, иначе масштаб и горечь всей катастрофы были бы несоизмеримо больше печальны и ужасны.

Поспешно мы погрузили съестные припасы и воду. Когда последняя шлюпка коснулась воды, пароход горестно вздохнул и медленно погрузился в море. Нам пришлось отчаянно работать веслами, чтобы тонущее судно не утащило наши лодки на дно. После того, как над пароходом сомкнулись волны, я насчитал восемь спасательных шлюпок нагруженных людьми.