Под своим звездопадом. Стихи

Если б знать, что судьба готовит,

где-то там, может, есть продолженье?

а иначе и жить  не стоит,

не по нраву мне грёз наважденье…

Судьба

Вдоль забора ты гордо прошла,

моего не заметив взгляда,

далеко тебя жизнь увела

от вишневого майского сада.

Я смотрю тебе вслед, не моргнув,

мой вопрос в пустоту – почему же

не вернулась судьба, обманув?

видно, ей кто-то лучший нужен.

Я хочу тебя вечно любить…

но весна скоро лета коснется,

поведет путеводная нить

в темный сумрак меня от солнца.

Заунывные хлынут дожди,

и зима снежный след оставит

ты весной в старый сад приходи,

может, сердце твое растает.

Пучина

А море клыкастое лезет на сушу,

песчаные крошки у ног теребит,

порывистый ветер тревожит душу,

оно мне испуга вовек не простит.

Я чувствую глаз голубых напряженье,

морские глубины глядят на меня,

и море заметно теряет терпенье,

в просторы свои откровенно маня.

А ветер крепчает, запахло штормом,

волна на скалу наседает мощней,

и катит назад в вираже задорном,

чтоб снова разбиться о камни сильней.

У моря мне видится злоба во взгляде,

мурашки по телу бегут, не таясь,

играя на тонком душевном разладе,

пучина всерьез за сознанье взялась.

С трудом я сумел отступить полшага,

но море взметнулось в отместку злей,

не хочет добычу отдать, бедолага,

желая сманить меня в мир теней.

Ума же хватило, чтоб снять наважденье,

я к морю сумел повернуться спиной,

запомнив тот случай, как день рожденья,

теперь не пытаюсь играть с судьбой.

Рок

В душе опять блуждает смута,

хотелось в прошлом оказаться,

мне те года ни с чем не спутать,

с ушедшим вдаль нельзя расстаться.

Прошла вся жизнь, а мысль кольнула,

она способна сердце ранить,

седая быль мне вслед шепнула:

«Уйми свою шальную память».

Я слышал смех в твоем дыхании,

ловил желаний всплеск, как сказку,

мечтал в твоем очаровании,

найти взаимности подсказку.

Давно в глазах туман распался,

уже забота лет заметна,

а привкус той любви остался,

и не исчез во мне бесследно.

Любви видения

Закат откликнется покоем

в размахе звездной тишины,

и чай наполнился настоем,

и дали синие видны.

Еще в лугах царит движенье,

сосновый бор в лучах горит,

а на столе стоит варенье,

и самовар трубой пыхтит.