Легенда о Расколе: Первый ход

– Не плохая работа, – отметил Хотару, – идеальный баланс при таком весе…

Он хотел было вынуть меч из ножен, но вовремя вспомнил слова Амо и убрал руку от рукояти.

– Пока что они останутся у меня. Возможно, ты захочешь их продать или заберешь… если получишь свободу.

Мальчик все так же молчал и Хотару понимал, что вариантов у него больше не осталось. Он оттолкнулся от стены и схватился за дверь.

– Ты не можешь меня освободить, – внезапно сказал мальчик, – никто не может.

– Ты прав, я не могу, но может вождь…

– Я не про цепи, – перебил он Хотару.

– Я не знаю о чем ты, – солгал Хотару. – Но знаю насколько тебе мерзко сидеть в этой камере – такова жизнь. Если ты не начнешь подчиняться, последствия будут не приятными. В первую очередь для тебя.

Хотару толкнул дверь и почти сделал шаг из камеры.

– Монэл, – будто нехотя сказал мальчик. – Мама звала меня Монэлом.

– Хорошо, – кивнул Хотару и удалился.

***

"Правители Рамийских регионов, по большей части, независимы.

В глубокой ночной мгле показался свет костра. Вскоре их остановили. Амо кивком головы приказал своей охране ждать и сам, взяв в руки факел, пошел дальше.

– Все исполнено в точности, – сказал он, дойдя до костра.

С одного из бревен, разложенных вокруг костра, встал мужчина, рядом с которым даже Амо чувствовал себя достаточно маленьким.

– Хорошо, – сказал он и, подойдя ближе, положил огромную ладонь на плечо Амо, – теперь права на ошибку у нас нет, – обратился он ко всем присутствующим. – Амо, думаю не стоит напоминать тебе, чем грозит провал и чем ты обязан нашему господину.

– Я помню, – прошептал Амо. – Моя верность беспрекословна.

***

"Рамийские острова некогда были частью огромной империи. Многие историки полагают, что отделение Рамии и стало первым шагом к ее краху" – Пешком по миру: Том 7.

Это утро началось утром, однако за всю ночь он так и не смог сомкнуть глаз.

Во дворе было все еще тихо, лишь наставник разминал уже давно не молодые кости перед утренней тренировкой. Хотару долго стоял на балконе, смотря на дверь, ведущую в камеру Монэла.

– Господин? – прервал его раздумья женский голос.

Хотару обернулся и взял у Тины стакан охлажденного вина.