Легенда о Расколе: Первый ход

Хозяин таверны совсем побледнел, а юноша молча смотрел всё тем же мертвым взглядом, как тот уже чуть ли не на коленях молил простить его за пропавшего коня. Ойстеин же молча наблюдал за этим со стороны, запрягая зубра в дилижанс.

«– Я бы на его месте тоже был в ужасе. – Подумал Ойстеин. – Кто знает, до чего может довести лишь высокомерие одного выродка? Не переживай, отец. Вряд ли парень рискнет поднять здесь шум, по крайней мере пока он один. Да и платить тебе уже явно не придется.

И он сыграл. Почти сразу хозяин подвел юношу к дилижансу. Несмотря на холод, на лбу уже не молодого хозяина трактира выступал пот.

– Где поблизости можно раздобыть коня? – Сходу спросил юноша. Его голос был по странному холоден, будто безэмоционален и при том резкий, приказной, высокомерный.

– В Речном, – ответил Ойстеин, не отвлекаясь от своего дела, – почти день пути отсюда. Хотя по снегу может и чуть дольше.

– Я оплачу, господин, – всхлипнул хозяин.

– Конь утёк? – Безучастно поинтересовался Ойстеин. – Я не возьму с тебя денег, отец. В дороге всякое дерьмо случается. Не по-человечьи не войти в положение. Да, господин?

– Да, – всё так же холодно ответил юноша.

«– Ты старика до смерти запугал, – думал, глядя на юношу Ойстеин, – а теперь решил в благородство сыграть?»

Парень забрался в дилижанс и, закрыв лицо шелковым шарфом, всем своим видом показал, что готов двигаться в путь.

***

"Любой, кто предал родину, корону и Богов должен понести самое страшное наказание. Мотивы сего деяния меня не волнуют!" – Император Луцил III Флавий после трагедии у Неаполиса.

Это была самая мрачная поездка в его жизни, а, учитывая то, что несколько лет именно этим он и жил, сравнивать явно было с чем. За это время он возил всех от простолюдин до придворных особ и каждый, каким бы тихим, мрачным или высокомерным не казался, нет-нет да развязывал язык.

– Впервые приехали в провинцию?

Юноша бросил на Ойстеина косой взгляд и, будто нехотя, ответил:

– Это так заметно?

– Едва ли, но в следующий раз посоветовал бы выбрать одеяние попроще.

– Почему?

– Тут народ бедный. Торговля скудная, земледельцам тяжко что-либо в таких условиях выращивать.