Похвальное слово Бахусу, или Верстовые столбы бродячего живописца. Книга первая

Советский пейзаж, – заметь, Мишка! – и в этом залог его развития – не «нейтральный жанр, а активный, отражающий мир сложных и богатых переживаний современного советского человека… содержательный образ природы, отразив в самом характере пейзажа, в пейзажном мотиве новое социалистическое сознание советского патриота, живущего в эпоху великих свершений»…

– Ну, как тебе эта трескотня? – спросил Петька.

– Один мой знакомый, Володя Терёхин, а он, между прочим, выученик Грицая и Чуйкова, и даже Корина, прочёл мне однажды такой стишок:

От похоти дворника и какой-то прачки

Ребенок случайно вытек.

Родители думали, как его назвать,

И назвали его – Критик.

– И вообще, Петька, всё это мыльные пузыри. Глянь, за какой год газета?

Он глянул и ухмыльнулся:

– Нет, ты послушай ещё один перл, последний: «На выставке пятидесятого года ещё мало пейзажей, в которых ярко и увлекательно показаны сегодняшний облик советской земли, время, в которое мы живём, мысли и чувства народа, строящего коммунизм. Наш советский пейзаж – пейзаж мощной державы, и это чувство величия Родины должно находить своё отражение в трактовке образов природы».

Я потянулся, зевнул и глянул в окно заляпанное каплями и струями дождя.

– Петроний, давай достанем пузырь и пригласим Егора Иваныча. Надеюсь, не откажется тяпнуть за синоптиков, за прозорливое «Советское искусство», за великого Сталина и наше счастливое детство – поводов сколько угодно.

– Готовь закусь! – оживился чтец-декламатор. – А я тебе ещё процитирую один лозунг от искусствоведения.

– Может, хватит! – взмолился я.

– На этот раз действительно последний! – воскликнул он, и я покорился. – «Советский художник опирается на традиции национальной реалистической школы, чтобы двигаться вперёд к высотам социалистического реализма. К этому большому патриотическому искусству, одушевлённому идеями коммунизма, зовут художников творческий дух нашего времени, величие и красота сталинской эпохи».

Я уже ревизовал содержимое рюкзаков, но всё-таки не удержался от совета:

– Газету эту непременно сохрани, а статью выучи назубок.

Петька заржал.

– Я её литераторше буду цитировать. Наша Дондыш хотя и напичкана подобной галиматьёй, но до такого и ей не додуматься.

– Вот-вот! – поддержал я здравую мысль. – Дашь залп – и никаких пересдач. А впрочем, соцреализм у неё – скорлупа.