Творение Ангела, или Сказания для взрослых

Тогда у тебя появилась первая седина. – Она резко повернулась к нему лицом, в глазах у нее стояли слёзы.

– Что совесть может плакать? Мне, что теперь застрелиться?! Это было давно, примерно лет тридцать назад. Я не имел достаточно опыта, – Олег не оправдывался, в душе боль давно испарилась, хотя раньше была, он не скрывал от себя потерю Татьяны, потому что до сих пор помнил все до мельчайших породностей.

– Однако её задницу рассмотреть опыта у тебя тогда хватило, – кольнула укором его совесть, не больно как будто комар укусил.

– Я искал, ее ты же знаешь, – Олег начал оправдываться, расстроившись, лишь бы место укуса не начало гноиться, ведь не все комары заразные, а вдруг комар малярийный был?

– А надо было прочесать все аллею, и вызвать ещё ваших сотрудников, поднял бы на уши Скрипченко или парней с 5-го опорного пункта, какого демона, ты вообще попёрся в кабинет? – Совесть засыпала Олега фактами, и грустила.

Он закурил ещё одну сигарету, не любил он женских слёз, просто не выносил, а тут ещё не просто женщина, тут, блин его совесть плачет.

– Ладно, что сама вытворяешь, таким образом, решила меня добить?! Честно признаться и мне от тебя досталось, и твоя вина, что я сейчас, практически, нищий, это ты не дала мне взять деньги у тех парней, по делу Бортникова, жил бы сейчас припеваючи в Гаграх или в Князеволконском, рыбу бы ловил.

– Да точно ловил бы что ни будь, только не рыбу, и лежал бы не на бархатном песке, а на деревянных нарах в учреждении закрытого типа, которое «ЛА 34—411» называется и блох ловил.

– Это спорный вопрос, и вообще, почему ты так выглядишь, может тебе переодеться, привести себя в порядок, такие вещи как надеты на тебе сейчас не носят, хотя о чём я. Не понимаю почему тебе об этом сказал, прости, я все-таки мужчина. В более дурацкое положение я еще не попадал. Ну, честное слово, ты вполне привлекательная дама, интересно, а с совестью можно «этим» заниматься?

– Хам, – она сказала, но Олег понимал, она не обиделась.

– А я бы может быть и попробовал, представь себе это зрелище. – Олег язвил, сам не понимая почему стремиться причинить боль даме.

– Ты обижаешь меня, зачем? – Спросила она, понизив голос до шёпота.

– Нет, я тебя люблю, ты же моя совесть и кто мне запретит любить свою собственную совесть. А вот как я её люблю, это наше с ней дело. – Огрызнулся Олег, он не хотел видеть её слез, сам осознавал, что женщину проще простого довести до истерики.