Марфа

Облака кружевами улеглись по подолу неба, а в поясе у него ни белой пылинки, ни перышка – синь!

Птицы тоже не ожидали – распелись, разлетались, друг с другом дружат. Но только вышел на улицу кот, как у них поменялись голоса, передали весть по цепочке: «Вон в том дворе бродит зверь, не стоит там приземляться». Только домашний кот не привык различать голоса малых птиц, он их хитростей не заметил. Он прошел по старому сену и набрал в шерсть сухих травинок. Но затем погулял по новой траве – и вот он чист.

Я привезла из большого города немного городской мороки, нет-нет и она оживает. Всколыхнулась и сейчас, но я прошла по росе, и вот ее больше нет.

– Вы живете тут редко, наверное, у вас нет мышей.

– Мышей нет, я мышей боюсь.

– Ваш кот не станет ловить мышей. За него деньги плачены.

– И что, если так?

– Купленный кот не ловит мышей, так народ говорит.

В полдень воздух прогрелся, наконец просохла трава, а то все последние дни, вопреки обычному, кисла. Голоса детей подернулись ленцой, к обеду наступил час тишины.

Тишина мимолетна, а вот покой неизменен. Ничьи голоса его нарушить не могут, настолько он густ и свеж. Жизнь в этом покое правильная, даже если кажется, что его нарушают ленью или нажимом. Все это поверху, не образуются корни у этих растений, пусть себе незнающие твердят, что укоренилось.

Все равно течет река, величественно простирается небо и переливает себя из чаши в чашу воздух, как из ладони в ладонь. Люди пьют его и примыкают к земле.

– Путано, но прозрачно. А если хотят до старости?

– Значит, души не повзрослели, хоть телам старость.

Буря прибила цвет липы, и воздух вдруг изменился. Что-то новое расцвело в поле и наполнило округу собой. Тут ничто ни дня не пустует, все насыщает, все умиряет, оглаживает и распушает, – чтобы открылись поры, чтоб проникала тайна.

К ночи семейство сов прилетает к соседскому кедру, и начинается скрип, словно качаются створки.

– Это мой мир, – слышится голос кедра.

– Он также и наш, – скрипит совиный голос.

– Не надо смазывать старые двери, – советует другой, тот, что гуще. – Лучше послушай, о чем их рассказы.

– Мне с самого рожденья известны кошачьи тайны, – пробалтывается совсем тонкий голос.

Но – «Иии! Иии!» – взметнули крыльями те, что постарше, и семья взлетела.