Анатомия подсознания

Был её крик биссектрисой предутренней тьмы —

так же незрим, так же варварски тонок и звонок.

Мы же, как рыбы, прозрачны и глухонемы,

бьём плавниками песок, не находим отдушин,

тупо всплываем на свет, про опасность забыв.

Где-то порядок в природе нарочно нарушен.

Лёгкие – в клочья. Уходим без вдоха в отрыв

слепо на голос чужой, не заметив границы.

Как в теореме: две равных на «после» и «до».

Всё распадается, чтобы опять повториться.

Птица кричит перед тем, как покинуть гнездо.

Сон

Я, засыпая, моря шёпот слышу.

Канва ресниц впускает лунный свет,

И он течёт по раскаленной крыше,

Сплетая слог в причудливый сонет,

Мой сон рождает лабиринт иллюзий.

И не понять, где меж мирами грань.

Нанижет ночь колье из звёздных бусин

На тонкий луч, у душ сбирая дань.

Я вижу мир в глазок калейдоскопа —

В нём каждый миг меняется узор.

И голосов тревожные синкопы

Сбиваются с минора на мажор.

Я слышу море. Слышу шорох ветра,

Дыханье бабочки, что села на цветок.

Не подчинить законам геометрий

Внутри меня идущий нервный ток,

Не причесать удобною гребёнкой

И под аршин один не подогнать.

Уснуло море чутким сном ребёнка,

Чтоб через час штормами ночь взорвать.

Мотылёк 2020

Крепко привязана к древку

мира жестокого суть.

Я мотылька-однодневку

в тёплой ладони несу,

остро от каждого шага

лёд разломив на куски.

Вместо обычного флага

крылья растут из руки.

Я в мотылька превращаюсь,

чтобы повыше взлететь.

Неба колышется парус,

Солнце раскинуло сеть.

Я поднимаюсь всё выше,

крылья обжечь не боясь.

Снизу стекает по крышам

мира безумного грязь.

Тонут дома и машины,

улицы и города,

женщины и мужчины,

умные и кретины.

Нет у планеты вакцины —

в этом-то вся беда.

Крылья сгорают – к счастью,

кругом идёт голова.

Я распадаюсь на части,

на слоги и на слова.

Им до безумия тесно

в карцере этом земном.

А я через год воскресну

сиреневым мотыльком.

Жадная вода

Откроются небесные врата

над утомлённой, выжженной землёй.

И потечёт, живительна, свята,

смывая кровь с ладоней и креста,

не будучи ни жертвой, ни судьёй,

холодная, безликая вода,

которая начало всех начал.

Внутри меня пылают города,

и реки утекают в никуда,

и рушится единственный причал.

Но вот утихнет торжество стихий.

Очнется мир, очищенный от лжи.