Самый лучший ветер

Васильич не обратил на него внимания, просто махнув рукой на прощанье, и занялся картами.

– Держи, – протянул он мне небольшую скрутку. – Самые свежие, с утра готовили. И разрешение от нас.

– Спасибо большое, – поблагодарил его я на автомате, но без особого, впрочем, воодушевления.

Дед почувствовал это и усмехнулся, толкнув меня кулаком в плечо.

– А и правильно, – объяснился он на мой удивленный взгляд. – Хрень же по большому счету. Были бы у нас метеостанции по всем княжествам раскиданы, да связь с ними бы была, тогда и карты погоды были бы настоящие, а так…

– Да что вы такое говорите, Егор Васильич, – тут же влезла в разговор одна из девчонок, побестолковее другой, которой хватило ума промолчать.

– А ну-ка цыц! – прикрикнул он на нее не в шутку. – Гадалка хренова, умничаешь мне тут.

Девчонка притихла и обиженно отвернулась, демонстративно надув губки.

– Все наши методики, Артём, – дед повернулся ко мне, – это моя спина с коленями.

– И на том спасибо, – искренне сказал ему я. – На выкатке врасплох не застанет шквалом, об забор не разобьет, уже хорошо.

– Вот и ладушки, – усмехнулся дед, – хоть забор целый будет. Тем более сегодня карты тебе с бонусом, там погода в Новониколаевске указана в одну сторону и в Белорецке в другую, хоть он тебе и нахрен не нужон. По магсвязи удалось достучаться вчера морзянкой, едрить её в качель.

– Вот, – обрадовался я. – Уже хорошо, я даже не надеялся.

– Ну, чем мог, помог, – развёл руками Васильич. – Держи свое разрешение и вали на все четыре.

Ну, я и свалил. Попрощался с девушками, пожал руку деду, схватил карты в охапку и выскочил на улицу, где уже бил копытом Николай. Время поджимало, поэтому мы с ним рванули к машине, за оставленным хронометром. Дальше все завертелось очень быстро, я галопом носился по управлению из кабинета в кабинет, Николай с ящиком в руках от меня не отставал.

Наконец к десяти часам мне удалось получить разрешение на вылет и выбить все необходимое. Обрадованный вохровец, навьюченный моими сумками как помогайка на рынке, помчался грузиться через курилку, потому что всё это время я и сам не дымил, и его не отпускал.