Записки с берегов Ганги

Внутри этого домашнего алтарика располагался весь индийский пантеон – от изображения богини Дурги до Кришны и Шивы, были тут и глиняные божества Лакшми-Ганеш, которые присутствуют в каждом доме и по поверью приносят счастье и благополучие. Это частое явление: ведь в конце концов все формы – лишь различное проявление одной энергии. Но на этом алтаре на божествах лежала священная пыль.

На стене календарь с изображением Кришны, низкий столик, диван на котором я сижу, одно кресло. Места не очень много. Комната разделена занавеской, за которой – кухня, где мама Маниша готовит чай.

Маниш куда-то исчез и долго не появлялся. Мне стало некомфортно сидеть одной, но тут в комнату вошел его отец и сел напротив меня. Он подтянул обернутые в дхоти ноги на диван и скрестил их в полулотосе. «Чай» – только и сказал он, улыбаясь сквозь усы и указывая рукой на столик. Оказывается, на хинди чай так и называется – чай! Я взяла малюсенькую чашечку и улыбнулась. Вообще-то мне больше всего хотелось в душ и побыть немного в одиночестве, но я продолжала сидеть, покорно принимая душ индийского гостеприимства.

Папа (еще во время нашей дружбы онлайн, Маниш приучил меня называть своих родителей просто мама и папа – так и повелось) взял свою чашечку – в его широких ладонях она смотрелось игрушечной, – приложил к усам и посмотрел на меня смеющимися черными глазами. «Чай» – повторил он. Я улыбнулась. Он не говорил на английском, а я – на хинди. Но даже просто молча сидеть рядом с ним было спокойно и приятно.

Из-за занавески появилась мама Маниша и внесла поднос со сладостями. Это были знаменитые индийские ладду по маминому особому рецепту. Поставив их на стол, она коротко улыбнулась мне, и снова отправилась хозяйничать на кухню. Я поняла, что ей так было привычнее, нежели сидеть наравне с мужем, развлекая гостей разговорами. Мне было интересно: а что же там дальше, за шторкой? Я пока еще стеснялась свободно вертеть головой и все рассматривать, поэтому осмелилась только украдкой взглянуть в сторону кухни.

Из кухни вела еще одна дверь. Дверь была открыта, и за ней можно было разглядеть уголок кровати. Ага, значит – чья-то спальня! Как только я сделала свое открытие из комнаты показалась девушка, одетая очень традиционно. Так же, как и я, она была одета в шальвар-камиз – широкие штаны и приталенное платье до колен. На плечах – обязательно шифоновый шарфик. Выходя из-за занавески, она привычным движением накинула его на голову перед тестем.