Тандем#1

Они заставляли меня ходить из одного кабинета в другой, сдавать кровь на анализ, проходить рентген и УЗИ.

Когда наступило заветное время, 18 часов, ноль минут, прозвенел противный сигнал, и жизнь в коридорах закипела. Я выглянул из кабинета, в котором меня в очередной раз ощупывали и осматривали, и с тоской посмотрел на тех, кто уходил в сторону лифта. Мне безумно хотелось быть в числе тех людей, кто сейчас отстоит свою очередь в маломестный лифт, спустится вниз и уедет к своим детям, жёнам или мужьям. Свою жену и дочку я не видел два дня, из которых помню только девять часов, но уже чудовищно по ним соскучился.

Когда коридоры опустели, Ден Ли взял меня под локоть и предложил проводить до столовой. Я медлить не стал, тем более что чувствовал, будто желудок уже скручивается в узел от голода.

Вместе с Деном мы зашли в просторный зал с ослепительно снежными стенами. Если бы не стойка раздачи на противоположной стороне, я мог принять место за операционную, с парой десятков столов для хирургических манипуляций.

А столы выглядели именно как хирургические – высокая металлическая столешница, тонкие ножки, ролики на концах ножек.

За столами сидело множество народа, хотя, казалось бы, все ушли по домам. Это «множество» шумело, о чём-то спорило, громко чавкало, заметно подтрунивало друг над другом. С первого взгляда становилось ясно – это самые молодые из персонала. Старики либо уже посетили столовую, либо предпочли принимать пищу в своих кабинетах. А у этих ребят, может быть, и нет своих кабинетов.

И трудно было определить, кто из них кто – одни были в синих, другие в белых халатах, одни в очках и с умным видом, другие с взъерошенными волосами и полным отсутствием мыслей во взгляде.

Но оживление в столовой тут же закончилось, когда на пороге появились мы. Незанятым оставался только один стол, неподалёку от входа, и все обитатели столовой с неприкрытым интересом наблюдали за тем, как мы проходили к нему.

– Посиди пока тут, – мягким голосом просил меня Ден.

 – Я схожу возьму нам что-нибудь.

Я попытался сказать, что хочу съесть кусок недожаренного мяса, но он меня перебил:

– Дружище, я лучше знаю, что тебе сейчас нужно, – Ден одарил меня широкой улыбкой и ушёл по направлению стойки.

Глядя ему вслед, я ощущал, как меня самого жалят взгляды всех присутствующих, а оглянувшись невзначай, убедился в правоте ощущений. Мне стало неловко от такого внимания, но я пытался сохранять видимое равнодушие.