Нескучная жизнь майора Чапаева

– Это что-то с азартными играми? – вспоминая не слишком популярную у нас статью, спросил я.

– Статья 171-я УК РФ. Незаконные организация и проведение азартных игр. Часть 2-я – деяния, совершённые группой лиц по предварительному сговору, – донеслось из соседней комнаты.

– За знание статей УК РФ и хороший слух выношу благодарность. Без занесения. За то, что без разрешения встреваешь в разговор и перебиваешь начальников, объявляю выговор. Без занесения. «Плюс» на «минус» что будет, Лядова? – поинтересовался строгий, но справедливый начальник отделения.

– Ноль… – чуть слышно ответила лейтенант.

– Правильно. Вот эта цифра пока у тебя в активе, – поставил точку в воспитательной работе на сегодня я.

Мягко хлопнула входная дверь, оповестив о незапланированном вторжении.

– Ноги! – практически в унисон крикнули лейтенант Лядова и капитан Черных, напрочь выведя меня из рабочего состояния.

У двери стоял перепуганный сержант и нервно топтался на мокром банном полотенце.

– Тащ майор, вам заключение по орудию… передали, – заикаясь, протягивал в пустоту листок бумаги посыльный.

– По какому орудию? – сразу не понял я. – Лейтенант, забери у него.

Из-за груды папок на столе появилась Лядова и, улыбаясь и красиво работая бёдрами, пошла в сторону сержанта.

– Ух ты ж… ёб… – сдавленным голосом произнёс парнишка, выпустил из рук файл с заключением эксперта и, открыв лопатками дверь, вывалился в коридор.

– Разрешите? – на всякий случай спросила Лядова, входя в мой «аппендикс».

– Давай, только быстро, – ответил я, забирая у неё заключение. – Так… нож с лезвием длинной 120 миллиметров, шириной в нижней части 30 миллиметров… толщина клинка 2.2 миллиметра. Твёрдость клинка по Роксвеллу – 36 единиц. Заточка стандартная… так… ручка пластиковая… Так, это понятно. Упор на рукоятке отсутствует, выемки для пальцев. Фигня, короче. Вероятней всего, является кухонным ножом из кухонного набора китайского производства.

– Вот так, холодным оружием не является, а мужик чуть на тот свет… – начал излагать глубокую мысль Чегевара.

Но тут в очередной раз мягко притёрлась к косяку наша дверь, впуская кого-то своего. И неожиданно дружно, не сговариваясь, в одной тональности, но в разных октавах прозвучало трио:

– Ноги!

– Это что-то новенькое. Обычно при захвате орут: «Руки!», – удержав Алика от неверного шага, сказал Дрозд.