Спаси и сохрани. В объятиях власти

Надо съездить в хламушку и подыскать красивый лифчик, подумала она, вертясь перед зеркалом. Однажды ей там попался полупрозрачный с очень красивыми узорами бюстгальтер в комплекте с трусами, но они были малы. Любовь Петровна тоже обещала поискать что-нибудь на копейке, куда она ездит по воскресеньям. Самой хозяйке появляться там нельзя – статус не позволяет. Все знают, кем она была, да и сейчас жена торгсоветника, второго человека в посольстве..

Она вышла из спальни и подошла к телефону.

– Вы уже дома, Любовь Петровна? – спросила она, услышав знакомый голос. – Вам привет от Анатолия Григорьевича. Сейчас приеду, расскажу подробно.

Услышав гудки в трубке, Любовь Петровна Козлова вздохнула и пошла накрывать стол, достав специально купленные для хозяйки кофе «Мокко» и креветочные палочки, которые та обожала. Пересчитав их, она увидела, что Гриша съел одну, и осталось шесть. После того, как она его отругала, больше одной он не брал. Хозяйка редко ела больше трех, так что на сегодня их должно хватить с избытком, одна обязательно должна Гришке достаться.

Она знала, что хозяйкино «сейчас» длится не меньше часа и за это время успела постирать купленное в хламушке и развесить на лоджии. Наконец послышался зуммер в домофоне.

– Ой, что это с вами, Любовь Петровна? – вместо приветствия спросила Эльвира Николаевна. – У вас такое старое морщинистое лицо, что смотреть страшно. Разве вы мочой не умываетесь?

Даже привыкшая ко всему Любовь Петровна удивленно подняла брови.

– Мочой?

– Да, а вы что удивились? Не слышали? А зря. Я каждый вечер умываюсь мочой. Собственной, конечно. Видите, какое у меня белое красивое лицо. Это от мочи.

– Старая я уже, Эльвира Николаевна для красоты. Мне уже никакая моча не поможет.

– Это вы напрасно, Любовь Петровна. Какая же вы старая? Я только недавно узнала, что мы с вами ровесницы, я думала, вы намного старше, вы просто опустились.

– Но я боюсь, что ему может не понравиться, что от меня будет пахнуть мочой. Ведь мы иногда целуемся.

Хозяйка ничего на это не ответила и ловко перевела разговор на другую тему.

– Я вижу опять мои любимые палочки. И, кажется, те самые, что я вчера не доела.

Сейчас спросит, куда делась одна, испугалась любовь Петровна, но гостью шесть палочек удовлетворили.