Злачные места города Саратова

И вот наша троица, подключившись к ближайшей воздушной линии, а проще говоря к столбу, пробирается по лесисто-гористой местности, протягивая полевик. Впереди, сверяясь с картой, ковыляет капитан Козлов, за ним Вибляни, замыкает колонну ефрейтор Красильников. Скрючившись, он разматывает кабель из висящей на плече тяжелой бухты.

– Товарищ капитан, можно помедленнее, – стонет ефрейтор.

– Вперед солдат, маршал не любит ждать.

Вдруг капитан неожиданно останавливается. Слава богу, заблудился «козел», – думают остальные.

– Сержант Вибляни, вы разбираетесь в картах?

– Никак нэт, вон у нас Красильныков в политэхе учился.

– Ефрейтор, что означают эти полоски?

– Это бергштрихи, товарищ капитан.

– Берг.. что, что?

– Штрихи! Показывают наклон местности.

– Сам знаю, – делает умное лицо Козлов. – Так куда дальше идти?

– Судя по их направлению, вниз и направо.

Наконец наши герои выбрались на большую поляну, в центре которой стоял небольшой бревенчатый домик с крылечком. Сбоку виднелось еще одно строение, на двери которого красовалась прорезь в виде бубнового туза.

Подойдя метров на сорок к крыльцу, связисты в нерешительности остановились.

– Надо бы доложить, – негромко проговорил капитан. Лишний раз на глаза начальства, особенно такого высокого, лучше не показываться. Кого послать? Конечно самого младшего по званию, кому терять нечего.

– Ефрейтор Красильников. Пойдите, посмотрите что к чему.

Хоть бы было закрыто, подумал отец и двинулся к домику. Он поднялся по лестнице, дернул за ручку и дверь отварилась. Озираясь по сторонам, на ватных ногах ефрейтор вошел внутрь. Домик был небольшой: прихожая и две комнаты. В передней на крючке висела маршальская шинель. Все говорило о том, что хозяин дома.

– Товарищ маршал, – срывающимся голосом почти прошептал отец.

Тишина.

– Товарищ маршал, – повторил он и переступил порог первой комнаты, представляющей собой импровизированный полевой кабинет командующего.

– Товарищ маршал, – прошептал ефрейтор и толкнул дверь второй комнаты, где стояла пружинная кровать и нехитрая мебель.

Пусто.

– Ф-ух, – с облегчением выдохнул отец и, посвистывая, двинулся назад.

Он выглянул из входной двери и призывно махнул рукой. По довольному выражению лица связисты поняли, что никого нет и бодро потащили кабель ко входу.