Басни и притчи

Перестали работать, перестали служить,

Перестали царице провиант подносить,

Тёрлись возле личинки, собирая «нектар»,

И у них всех открылся в отравлении дар:

Перестали работать, перестали служить,

Перестали пыльцу матке вдруг приносить.

Матка в шоке от действа. Что же ей предпринять?

Продолжает она муравьёв тех рожать,

Но они всё туда же: попадают в пучину.

Матка в шоке: «Ведь точно настала кончина!»

Но личинка-отрава, выделявшая яд,

Стала сбрасывать панцирь,

Клещ родился – муравьиный то ад.

Начал он пожирать всё вокруг – лишь держись!

Муравьи нападали, но съедал он их жизнь.

На подмогу пришёл муравейник-сосед,

Растащил паразита – окончание бед.

А мораль этой басни: береги свою честь,

Перестань отравляться, паразитов – не счесть.

Но на что тебе разум? Если принял ты путь,

То старайся с него никуда не свернуть.

Так ты в миг будешь счастлив и проснёшься, мой друг,

А любовь заиграет ритмом пройденных мук.

Об обманчивом виде

Однажды наш козёл увидел птицу: она парила в небесах.

Он с завистью следил за птахой, смотря, как птица растворялась в облаках. Увидел это филин из дупла, почувствовал он зависть и восторг в глазах козла. И вдруг подумал филин за козла, произнеся, шепча рогатого слова:

– О птица, ты паришь, как буревестник! Ты радости, здоровья вестник! И преклоняюсь я, склонив козлину морду до земли, хочу дивиться я тобой и быть с тобой на «вы». О, как прекрасен, чуден твой полёт!

Козёл же думал по-другому:

– Вот бы в огород на крыльях этих подлететь! Схватить капусту ртом и быстро улететь.

А дальше, совершая так налёты, я стану царь-козлом, мне жрать и властвовать охота!

Исчезла птица в небесах, козёл ушёл, а филин наш другую философию нашёл.

Мораль сей басни такова, что если ты увидел удивленье в чьих-нибудь глазах, это не значит, что козёл не хочет преступленья, мечтает о возвышенных мирах. Порою глупости свершаются с серьёзным, умным видом и мнимой вдумчивостью в наигранных устах, а мысли вызывают сожаленье, и там лишь крах, кромешный крах.

Думай

Однажды черепаха захотела панцирь снять, чтоб отдохнуть от груза, понежиться, позагорать, от бремени давящего освободиться, в свободе укрепиться и моду в новом смысле показать.

Но как всё это провернуть, не знала та, куда свернуть.

На пляже всех уже застала. Смеются звери, крутят у виска – достала:

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».