Случаи из жизни Ивана Петровича Домова

– Как же их жарить, если нет ни сковородок, ни котелков, чтобы сварить уху, – спросил Витька, младший из братьев Фроловых.

– Да, не догадался я прихватить какую-нибудь посудину из дома, а ведь в сарайке валяется чугунная сковородка с отбитым краем, которую я не успел сдать старьёвщику, чтобы получить копеек 15 и купить у него воздушный шарик, – огорчился Ваня, – но будем жарить рыбок над огнём, насаживая их на прутики, я покажу как это надо делать.

С этими словами Ваня подошёл к ближней берёзе, срезал перочинным ножом ветку, очистил её от коры, потом взял трепыхающегося гольяна, вспорол брюшко, выдавил внутренности, насадил рыбку на прутик под жабры и сунул её в огонь.

– Эх, даже соли я не догадался прихватить из дома, собираясь в спешке, – укорил мальчик самого себя, не стыдясь товарищей.

– У меня есть соль, – вскликнул младший брат Фролов. – Я всегда ношу в кармане спичечный коробок с солью, потому что люблю есть хлеб с постным маслом и посыпанный солью.

Витька вскочил от костра, побежал к берёзе, на которую повесил свою фуфайку, в которой было жарко на солнце, и достав из кармана коробок с солью и ломоть хлеба, что прихватил в дорогу, вернулся к костру, где его ожидали друзья, порядком изголодавшиеся, поскольку солнце уже катилось вниз с вершины неба и время обеда давно прошло.

Ваня показал ребятам как срезать и чистить от коры прутья тальника, которые лучше подходили для жарки рыбы. Ребята нарезали прутьев, начистили рыбок от внутренностей, поскольку у всех были ножички, и скоро четвёрка друзей столпилась вокруг костра, на котором каждый жарил свою рыбку, посыпав немного соли в брюшко и потом, поджарив рыбку, снимал её с прутка и жадно поедал вместе с головой, которая оказалась тоже вкусной.

Через полчаса с рыбками было покончено – каждому пришлось по двенадцать рыбок, потому что улов разделили поровну, чтобы без обиды и старшинства.

– Теперь попробуем испечь на костре птичьи яйца, – предложил Ваня, и достав вороньи и сорочьи яйца из своей кепки, куда сложил свою добычу, начал осторожно закатывать яйца на горячие угли, что оставались от догоравшего костра, куда перестали добавлять сухие ветки.