Где живёт счастье?

Сидорчук принёс здоровущий магнитофон допотопных времён и начались танцы.

Изрядно подвыпившие гости разбились на маленькие группки. Кто-то продолжал танцевать под ритмы восьмидесятых, кто-то сидел за столом и что-то громко обсуждал, а счастливый отец Иришки покачиваясь шёл к берегу пруда, обнимая за плечо Просина Виктора крепкого молодого мужчину в сером костюме, белой рубашке с бирюзовым галстуком. Виктор сильно выделялся на фоне изрядно расшатанных выпитым соседей, потому что был практически трезвым.

– Слушай, Витёк, – заплетающимся языком промямлил новоиспечённый папаша. – Пойдём выпьем за мою Иришку!

– Мне кажется, что ты уже достаточно за неё выпил, ей такую меру никогда не одолеть, – пошутил Просин.

– Не понял! Ты меня уважаешь?

– Иначе я бы не пришёл.

– А если уважаешь, тогда пошли выпьем!

– Извини, Олег, но пить я с тобой не буду, да и тебе больше не советую.

– Тёти-моти, смотрите какой праведник выискался! – вмешался в разговор подошедший Ёлкин.

Он давно искал с кем бы зацепиться и подраться. Клавка сбежала детей укладывать. А Павел, миновав стадию “Пей!” и дошедший до кондиции “Бей!”, сейчас курсировал от одной группы к другой ища на ком можно почесать кулаки. Засаленный ворот его красной рубахи был расстёгнут, на впалой груди поблёскивал оловянный крестик.

Просин промолчал, потом пожал Олегу руку и сказал:

– Ещё раз поздравляю с рождением дочери! Спасибо тебе и Вале за отличный праздник! Мы с Алей пойдём.

– Что противно с нами? Тебе западло с такими, как мы общаться? – Ёлкин схватил Виктора за ворот пиджака и замахнулся сжатым кулаком, но Олег схватил его за руку и они дружно завалились у ног Просина.

Подняв друга, Виктор протянул руку, пытающемуся встать, Ёлкину, но тот отмахнулся от неё, как от страшной заразы и злобно прорычал:

– Пошёл ты со своей монашкой к ….. матери! Нечего тут нам православным крестианам мозги пудрить. Я ещё до вас доберусь! Мразь американская!

Он с трудом встал на ноги, продолжая выкрикивать угрозы, шатаясь и спотыкаясь, побрёл домой.

Ива плохо разбиралась в религии, да и знать не знала, что это такое, но злобу она ненавидела всем своим нутром, поэтому ей было неприятно, когда рядом ругались. Казалось, чего им не хватает: солнце для всех светит одинаково, рядом пруд – воды навалом, земля в этих местах жирная и плодовитая. Так нет, всё что-то выясняют, из-за чего-то ругаются, что малые, что большие.