Без суда

 – Я просто… почувствовал вот так среди ночи, что должен, наконец, впервые признать это, и… – Сол глубоко затянулся, – и почему-то решил, что тебе будет признаться проще всего. Я не музыкант, Наоми. Я всего лишь честолюбец. Один из многих безнадежных самовлюбленных извращенцев, готовых на любые жертвы, только бы добиться почета.

Сол посмотрел на девушку, и сердце его бешено заколотилось, когда он увидел, что глаза ее стали влажными. Неужели она действительно его услышала? Услышала так, как он того и хотел.

– Нет, пожалуйста, не стоит, – сказал Сол, заметив, что Наоми сделала движение вперед. – Стой, где стоишь. Тут смысл не в утешениях. Вряд ли они сейчас уместны.

– Мне просто кажется … что ты преувеличиваешь смысл сказанного в своем отчаянии.

Сол отрицательно покачал головой, зажал сигарету в зубах и устремил взгляд на растопыренные пальцы.

– О нет, нисколько. Я действительно хочу этого. Вот прямо сейчас хочу взять и воткнуть их в землю, похоронить. В них я вижу причину своего нынешнего положения.

Вся моя боль сконцентрирована в них, Наоми.

– Сол, пожалуйста, – покачала головой девушка.

– Я не музыкант, Наоми. Я – выскочка. Насквозь фальшивый человек.

– Это не так. Ты просто нашел самый очевидный источник своих проблем. Не испытывая страсти к жизни, ты вспоминаешь то, что дарило тебе эту страсть, и недоумевая от того, что теперь так не получается, убеждаешь себя в бесполезности всего своего пути. В ошибке выбора пути. Но думать так – это и есть твоя главная ошибка.

Пожалуйста, Сол, не думай и не говори так.

– Вот именно, Наоми. Музыка должна быть моим убежищем! И сейчас она должна быть им надежней, чем когда-либо прежде. Да и не в этом дело! А в том, что пытая себя, я признаюсь в том, что всегда делал это не потому, что хочу, а потому, что надо!

– В том-то и дело, что под пытками можно признаться в чем угодно! Не нужно пытать себя. Просто говори с собой. Пожалуйста, Сол, встань с земли.

– Более двадцати лет жизни я потратил на самообман, Наоми.

Я не музыкант. Я никогда не хотел этого, но фанатичная настойчивость рожденная словом «надо» все-таки принесла плоды. Плоды, которые я сорвал и сожрал! А теперь чувствую, как горечь их и яд расползаются по всему моему организму. Не хочу, а надо. Вот в чем все дело.

– Позволь мне подойти, Сол, мне очень тяжело видеть и слышать тебя сейчас, – девушка всхлипнула.

Эти слова немного отрезвили его, он потушил сигарету, и встал на ноги.