С Новым годом, с новым счастьем

 – Ты одна мыкаешься, он в разводе балду гоняет, вот и получится счастливая парочка.

Но мама лишь брезгливо передернула плечами и промолчала. Она уважала седого дядю Гришу, который любил ее дочь. Всегда одаривал чем-нибудь или читал иногда на кухне ей разные книжки.

Все душещипательные разговоры и ссоры в старинной коммуналке из шести комнат проходили в огромной кухне.

Здесь часто проводила девочка длинные вечера и иногда до глубокой ночи даже. Когда мамины гости расходились, а она оставалась со своим кобелем и переходила, как говорила сама:

– К логическому завершению вечера.

То выпроваживала девочку на кухню, оставляла покушать и строго-настрого предупреждала, чтобы не заходила в комнату:

– Я не долго, накажу, если зайдешь!

Люба не понимала, что означало красивое слово – логическое. Девочка думала, что им там нужно поговорить о чем-то важном, чтобы она не знала. Люба не боялась и маминых угроз, потому что чувствовала, что не накажет. Она очень добрая, а злость ее, как маска, увиденная девочкой на детсадовском утреннике.

– Нужно же как-то бороться в жизни, вот и корчишь из себя монстра, иначе каждый норовит…

Что норовит, Люба не поняла, но и так ясно, что маме одной нелегко с ней, как сказала баба Груня:

– В проклятущее время.

– Тебе легче, Вера, – всегда маме говорила Валентина – еще одна одинокая соседка. – Ты еще, как сдобная булочка, беленькая и мягонькая, любой одарит вниманием.

– Тощая, как смерть, страхолюдина, но какой-то кобель подарил ей счастье в образе Ваньки, нашлась очень добрая душа.

Черноглазый мальчик одного года с девочкой. В большой квартире они иногда играли вместе в прятки. Но Ване больше повезло в жизни, как думала Люба, и у него была в городе настоящая бабушка. Это большое счастье иметь не такую, как бабушка Груня, которая, как сказал студент Антон:

– Доживает свой век в угловой комнатке, – а со слов мамы:

– Свою кровинушку.

Поэтому Ваня часто пропадал из квартиры, а на праздники обязательно гостил у бабушки и возвращался всегда с подарком. Люба очень страдала от этого, потому что ей никогда ничего не дарили в жизни. Заколки в волосы, трусики и колготки от мамы и конфеты от кобелей не в счет. Девочка отходила в отдаленный уголок квартиры и беззвучно плакала. Серые глаза наполнялись влагой.