Паровозы судьбы

На мужчине был надет дорогой серый костюм, женщина тоже выглядела как модель, только что сошедшая со страниц журнала. Алексей с Наташей чуть не расхохотались, увидев отражения самих себя на лесной тропинке под Стокгольмом. Заметив их улыбки, мужчина принялся разглядывать свои брюки, видимо он решил, что случился какой-то казус с молнией.

– Заблудились? – спросил Алексей по-русски. – Пойдёмте с нами, мы тоже туда идём.

– Простите, – нерешительно начала женщина, – а как вы догадались что мы русские?

– Знаете, есть в нас, русских, что-то такое неуловимое, только увидишь, моментально чувствуешь, это свои, – решил не смущать новых знакомых своими догадками Алексей.

– Акцент, – поспешила к нему на помощь Наташа, – русский акцент, его сразу слышно.

Пока дошли до лагеря разговорились. Мужчину звали Василием, его жену – Татьяной, а дочку – Дашей.

– Мы из Чечни, – объяснил Василий, – дом разбомбили, родственников богатых нет, пришлось зимовать в лагере для беженцев в Ингушетии.

Василий будничным тоном рассказывал о таких страшных вещах, что Алексей с Наташей почувствовали некоторую неловкость. Собственная история показалась им надуманной и легковесной. Но когда они рассказали её новым знакомым, те восприняли страдания русскоязычных жителей Латвии с неожиданным сочувствием.

– Вот проклятые фашисты! – возмутился Василий. – Не зря у них столько народу к Гитлеру во время войны в услужение пошло.

– Вася, нельзя так обо всей нации, – мягко укорила его жена, – негодяи всегда на виду, но хороших людей всё равно больше.

Василий махнул рукой, показывая, что не согласен с женой, но спорить с ней не хочет.

– Мы сегодня вечером собираемся у одного друга, он – негр, – уточнил Алексей для предупреждения непонимания, – может, и вы придёте?

– А о чём будет разговор?

– О нас, о том, как удержаться в Швеции, чтобы не выслали обратно.

– Думаю, нас-то они не вышлют, – убеждённо заявил Василий. – Происходящее на Кавказе весь мир знает. Вряд ли у них хватит совести выслать людей, сбежавших из-под падающих бомб. Но мы конечно придём, все равно делать нечего, а пообщаться было бы полезно.