Паровозы судьбы

Русские же вышли победителями в той войне, а кто же будет жалеть победителей?

Виктор взял со стола бутылку, посмотрел её на свет, оценивая уровень оставшейся жидкости и подытожил:

– Теперь понятно, почему не нужно акцентировать что вы русские?

– Мне кажется, ты преувеличиваешь по поводу нелюбви европейцев к русским, – скептически заметил Алексей, – но с общей мыслью я согласен, лучше не светиться.

– Вот именно! Никто не скажет вам в лицо что русские здесь не нужны! Будут так же как в моём случае, кивать и поддакивать, а сами готовить очередную пакость!

– А мне эта идея не нравится, – задумчиво произнесла Наташа, – это так унизительно, притворяться кем-то ещё, скрывать свою национальность.

– Наташа! – воскликнул Виктор. – Я с тобой полностью солидарен. Думаешь мне очень хочется притворяться геем? Да меня просто тошнит от одной мысли, как я буду описывать свои сексуальные предпочтения шведам! Но это же не наша вина, нас поставили в такие условия помимо нашей воли.

– Ох, ты прав, конечно, – тяжело вздохнула Наташа, – но всё равно не нравится мне эта затея.

– А ты что думаешь? – обратился Виктор к Алексею.

– Я склоняюсь к тому, чтобы согласиться с тобой.

– Ну, вот и хорошо, – кивнул Виктор, разливая оставшийся бренди по бокалам, – кстати, за третьей пойдём?

Наташа возмущённо фыркнула, но Алексей опередил её реакцию, отрицательно покачав головой.

– Хватит уже на сегодня, нужно обдумать всё, что мы тут наговорили.

Виктор взял паузу, видимо прислушиваясь к своему состоянию и согласился.

– Да, действительно, меня же мама ждёт.

Наташа принесла пирог, чайник и чашки. Во время чаепития они, будто сговорившись, больше не трогали тему отъезда. Когда пришла пора прощаться Виктор, уже стоя в дверях лифта, повернулся к Алексею и Наташе и с особой теплотой, усиленной принятым алкоголем, сказал:

– Спасибо, ребята! Надеюсь, мы ещё увидимся.

И уже сквозь створки закрывающихся дверей добавил:

– Подумайте о своём поезде, мне кажется он уже стоит у перрона.

Глава четвёртая

Наутро, на трезвую голову, вчерашнее обсуждение казалось далёким и совершенно не относящимся к реальной жизни.