Лунное озеро

Миссис Шекли в окрестностях имела репутацию заядлой модницы – и это в её-то возрасте! Фасон шляпок, ленты и оборки, длина рукавов на платьях, кружева и прочие мелочи интересовали её куда больше, чем все домашние дела, даже больше, чем воспитание дочерей. Несмотря на столь странное увлечение матери, Элизабет и Агнес были весьма воспитанными и образованными юными леди. У обеих были длинные светлые волосы, уложенные в великолепные прически и украшенные, очевидно, по настоянию матушки, невероятным количеством заколок.

После знакомства с Томасом Беккером и приветствия Уильяма, девушки поспешили к Джоанне.

– Моя дорогая, как я рада видеть тебя! – Элизабет обняла подругу.

– Здравствуй, Лиззи, – Джоанна улыбнулась и обняла вторую сестру, – надеюсь, ты прибываешь в добром здравии, Агнес?

– Да, благодарю.

Когда подали чай, мистер Шекли, Уильям, Ричард и Томас удалились в другую часть комнаты и завели разговор о делах, а Джоанна, Агнесс, Элизабет и миссис Шекли расположились в креслах у камина.

– Мы давно не видели вас в нашем доме, Джоанна, – миссис Шекли укоризненно посмотрела на девушку. – Вы и ваш отец в последнее время перестали баловать нас своими визитами.

– Мне очень жаль, мадам, но papа очень занят, как раз сейчас он отлучился в Солсбери по очень важному делу.

– Это было бы здорово. Скажите мне, Джоанна, как давно вы знакомы с этими очаровательными джентльменами? – Она кивнула в сторону Ричарда и Томаса.

– Всего пару дней, мадам. Они приехали вместе с Уильямом.

– Так вот оно что! А мы весь день ломали голову над тем, откуда же вы их знаете! Мистер Шекли сегодня утром нанес визит мистеру Лэнгтону и узнал от него, что вы и ваш брат приглашены на обед.

– Уильям познакомился с мистером Лэнгтоном в Лондоне, а с мистером Беккером его связывает какой-то совместный проект.

– А скажите мне, моя дорогая Джоанна, знаете ли вы что-нибудь о семейном положении этих молодых людей?

Миссис Шекли всеми силами старалась выглядеть как можно моложе, и это касалось не только внешности: она была любительницей сплетен и слухов, и почти всегда их распространителем.