Игра. Сборник гражданской, философской лирики и рассказов

Грянул бой великий в Ефремовом лесу,

Смерть уж занесла над собой косу.

Средь мужей бесстрашных был Авессалом,

С карающим мечом сидел на муле он.

Но враги теснили, и он отступал,

Мул неуправляем для него вдруг стал.

Меж ветвями дуба волосы сплелись,

И Авессалом в воздухе повис.

Раб Давида Иоав врагов к ущелью гнал

И Авессалома на дубе увидал,

Натянул он тетиву лука своего

И, забыв завет царя, он убил его.

Весть печальную Давиду Хусий сообщил,

Плакал бедный царь, не ел он и не пил,

И лишь повторял: «Сын Авессалом,

Отчего вместо тебя не был я сражён?»

СЕМЕНА

Нас, семенами разбросав по полю,

Пытались навсегда похоронить,

Но дождь омыл нас чистою водою,

И проросли мы, чтобы снова жить.

ДОБРЫЕ ЛЮДИ

Связанные колючей проволокой, с губами, запечатанными сургучом,

Стоят добрые люди, как приговоренные на казнь перед палачом,

В спину им камни бросают, летят вихри колких и неуместных фраз,

Но им грустно к толпе повернуться – ведь там видели знакомые лица не раз.

СТРАХИ

Чудовищ страхов, что людей всю жизнь пугают,

Старательно те прячут под свою кровать,

Дрожат тревожно постоянно, но не понимают:

Причины фобий в голове своей нужно искать.

ВКУС ЖИЗНИ

Почувствовав, что жизнь на вкус противна,

За специями сразу недовольно не тянись,

Не морщась, к неизведанному прикоснись,

Лишь тупики нас учат мыслить позитивно.

ДВОЙНИК

Звезды танцуют на битом стекле,

Месяц висит неподвижно в петле,

Капли дождя слезами падают с крыш,

В небе ночном парит летучая мышь.

Ветер чёрным кулаком в окна мне стучит,

Библия на столе моём открытая лежит,

Зеркало у входа скрывает отражений муть,

Глаза закрыв, пытаюсь я поскорей заснуть.

Тяжёлые шаги я слышу за спиной,

Двойник с ножом в руках следует за мной,

Но повернусь лишь я – тонет он во мгле,

Моё занять он место стремится на земле.

Дрожащею рукой ключи в замок вставляю,

И двери за собой я плотно закрываю.

Пока я верю в то, что слаб противник мой,

Он ничего плохого не сделает со мной.

Разбитых фонарей колонны стоят в ряд,

Чтоб выбраться из дома, проводит враг обряд.

По улице бегу я, страх пытаясь скрыть,

Но мне двойник могилу начинает рыть.

Падая в грязь, я тут же встаю,

Забывая про боль и усталость свою.

Гложут мне сердце черви сомненья,

Надежду теряю я на спасенье.