Голодные и злые. Цифровой ковид

Я не навязываю свою точку зрения, но считаю, что тут уже не осталось тех рун, за которые воевали наши деды. Эти руны давно спиздили и продали чинуши, нем более сильной жажды, чем жажда власти. В этой стране она уже 20 лет не менялась и они продолжают лить в уши такую дичь, что ты просто падаешь в конвульсиях и начинаешь биться головой о бетонный пол. На днях свали один начинающий перспективный юморист и еще парочку человек из артистов, ими заинтересовались внутренние исполнительные органы за высказывания и шутки в сторону этой страны.

Чинуши орут с трибун – в какой еще стране вы видели толерантность, такая свобода слова, как у нас, называется демократией! Причем во время этих своих лозунгов они и стараются посадить как можно больше тех, кто имеет медийность и аудиторию. Я записался в ряды серых кардиналов, книги трудно сразу кинуть в массы, на это нужны года, но у меня совсем нет времени и действовать нужно решительно. В этой стране к сожалению радикально что-то поменять не возможно и имею я ввиду свою жизнь. Если ты захочешь быстро свалить у тебя не получиться это сделать, если ты захочешь быстро поменять свой социальный статус на класс выше и это у тебя не получится сделать быстро. Стране нужны рабы, им нужны рабы, они будут с нас сосать кровь пока не умрут, а они все сделают чтобы нас пережить. Где эти защитники и борцы за нацию, подохли в очередной зарубе. Я не так давно общался с одной знакомой и она мне сказала – но, страна то классная! Страна классная, но не наша – ответил я! Все признают, только один город в этом государстве еще как-то трепыхается, остальные уже загнулись. Пессимизм с годами прет из меня как из гидранта и это правда. Я не хочу искать позитив там, где его просто нет, и искать счастья там, где его и не было. В любом случае есть и позитивные моменты, мы почти закончили ремонт в наших сорока квадратах, а вчера приходила знакомая художница и теперь эскиз Джесс сияет на всю спальню. Уже неделю сидим на чемоданах в предвкушении вернуться обратно. Прошло почти два с половиной года, как мы покинули безумный мегаполис, а семя посаженное нами уже проросло и прошло время собирать плоды. Мне понадобилось чуть ли не десять лет, чтобы отстранить себя от толпы бегущей за чем-то лучшим. Теперь чемоданы будут только распаковываться. Боже, ебучие клетчатые сумки и взгляды местных, хозяева, хозяйки их снисходительный вид меня убивал и делал крепче. Вскоре всем воздаться по их заслугам. До переезда осталось всего ничего и это не может не радовать.