Близкое – далёкое

Мама мне сама об этом рассказывала.

– Тебя это травмировало? Детская травма, типо того?

– Не это, а как бабушка отреагировала: «Выбрала, теперь терпи». Так и сказала – сама выбирала, теперь терпи. Как меня её слова возмутили. Неправильно терпеть. Неправильно. Хотя… уйди тогда мама, не было бы всего, что мы имеем сейчас. В общем – я не знаю.

Отца Марина не хотела винить, родная кровь всё оправдала, и она думала о его поступках, как о чем-то неизбежном, но в итоге преодолённом. Отца было за что уважать.

Его работоспособность, усердие, упёртость восхищали дочь. Одарённый мастер, Арлен имел руки поистине умелые. Изучая, как отец работает, дочь хотела мастерить и чинить все вещи на свете. К нынешнему её приезду Арлен смастерил якорь – из дерева, покрытый лаком, размером с ладонь. Она решила, что как талисман возьмёт якорь обратно в Севастополь и никогда с ним не расстанется.

Сидя на кухне, в один из вечеров, Марина жаловалась отцу на учёбу:

– Все методички с ошибками, заниматься по ним невозможно.

Я хочу уже закончить этот долбанный универ, меня всё в нём бесит.

– Тебе надо было на что-то другое поступать, ты же девочка. Я тебе с самого начала говорил, что девочке на твоей специальности не место.

– Да методички везде одинаковые. А там с бабами сидеть. Ты не представляешь, какие они дуры и шлюхи. Они даже не понимают, что остойчивость и устойчивость разные слова. Ты представляешь?

Арлен засмеялся, и Марина засмеялась вместе с ним. Пусть родители сегодня радуются! По приезду домой у неё разыгралось желание создавать повсюду уют.

– Закончила я свой курсач по судовой лебёдке, сошлись у меня расчёты. Препод сказал, что у меня талант.

– Я тебе такую лебёдку могу в гараже сделать на раз-два.

Вернулась из больницы, где работала, мама. Пахло от неё уличной жарой, а рыхлое уставшее лицо зарумянилось, повеселели глаза.

– Сейчас вы посмеётесь, – Наталья достала из холодильника кастрюлю сытного наваристого борща, разлила в три тарелки.

 – К нам на работе сегодня парня привезли с дезодорантом в одном месте.

– В жопе? – тело Арлена налилось энергией, и Марина поняла, что вот-вот раздастся громоподобный хохот, который сотрясёт их двухкомнатную квартирку.

– Ой, – Наталья укоризненно взглянула на мужа, поставила на стол тарелку с мягким и сладким хлебом. – Такой шариковый дезодорант, мы с девками усыкались, зачем он вообще его туда засунул.

Но хохот не сотряс квартирку.