П – 44

Сколько одаренных боксеров и дзюдоистов я встречал в ночных заведениях города, сколько выдающихся стайеров, убегающих от сотрудников органов и ставящих нигде не запротоколированные олимпийские рекорды! Но только в реальной жизни не каждому выпадает шанс осуществить свою детскую мечту.

– А это ты к чему?

– Да к тому, что второй мой сосед в душе пилот «Формулы-1»!

– Ясно. Это ты как понял?

– На газели, под завязку груженной силикатным кирпичом, на скорости за сто пятьдесят километров в час влетел в рекламный щит компании «Пепси-Кола» – «Бери от жизни все».

– Ну?

– Аквапланирование!

– Вы тут, ребята, отделением не ошиблись? – по-дружески приобнял меня Антон.

Семиструнная гитара фольклорной музыкой прервала наш хохот. Высокий женский голос что-то декларировал о стяге древних гномов.

– Пойдем, с эльфийками познакомлю, – предложил я.

Этаж 15. Герой нашего времени

Меня выписали из отделения, выдав коленный бандаж и пару костылей в придачу.

– Бутылочку «Жигулей», будьте добры.

– Тебе холодное? – любезно спрашивает тетя Вера.

– А есть?

– Шесть рублей десять копеек.

Первую бутылку всегда выпиваешь в два-три глотка, с характерным бурлением на месте контакта губного аппарата с горлышком. Москва раскрывается необычайно яркими красками. На дворе стоит знойное лето. Две недели в палатах, на закрытой территории, замедляют стремительный темп столичной жизни.

О, как прекрасен этот город: церкви и храмы, мостовые и набережные, скверы и парки. Но оценить эти богатства может лишь избранный, чей благой помысел прорвет пелену серых балдахинов и узрит людскую массу с сутулыми спинами и опущенными, словно под гнетом диктатора, взглядами. Золото куполов, песнь скворца, запахи кренделя – и это только треть бутылки красного напитка бывшей союзной республики.

Отложив костыли и присев на лавочку, начинаю поисковую операцию в мобильном телефоне. К счастью, один близкий по духу товарищ заканчивает учебную практику и через полчаса готов присоединиться к употреблению продукции категории «восемнадцать плюс».

Артемий подъехал с небольшой задержкой, но зато с плотным пакетом с надписью «Кэмел», в котором звенела пол-литровая тара.