Поза трупа

Правильные черты лица. Губки полные, но не уточкой. Хотя ботекс, наверно, присутствует. На вид лет двадцати пяти. Куприянов подумал, что при определенном освещении и работе над имиджем ее легко можно было бы сделать топ-моделью. Например, как бы она выглядела с прямыми черными волосами, в строгой школьной форме, стоящей на коленях перед алтарем готического храма?

Не ответив, девушка обратилась к хозяйке за барной стойкой:

– «Лонг-Айленд»…

– Я угощаю, – шепнул Куприянов.

Нежно взглянув на него, она вдруг рассмеялась.

– Что? – спросил дизайнер, уткнувшись глазами в бесконечный ряд нечеловечески белых зубов.

– Ничего, извини. У тебя вид просто такой…

– Какой?

– Не знаю…

Длинными как, у ящерицы, пальцами схватила пол-литровый холодный стакан и, развернувшись спиной к стойке, уперлась в нее локтями.

– Сергей, – сказал Куприянов.

У нее была маленькую грудь с пробившими обтягивающее платье сосками.

– Маша.

Внимательно разглядывая, как он рассматривает ее, она поймала трубочку вначале языком, а потом губами.

– Чем занимаешься?

– Я дизайнер.

– О-о-о, круто, – она усмехнулась. – А я рисую, как курица лапой. Думала, на курсы записаться. Учим рисовать за один день. Знаешь?

– Зато ты танцуешь неплохо.

Она махнула рукой.

– Да ладно…

– И загар у тебя красивый, – сказал Сергей, сглотнув.

– Это в Крыму.

– Сейчас там такое солнце?

– Ага, уже загорают вовсю. Особенно на нудистском пляже.

– Серьезно?

И тут Маша немного отвела бретельку платья.

– Видишь белый след?

– Нет.

– Ну вот.

Куприянов кивнул. Пару секунд смаковал виски, пытаясь придумать план действий. Все как-то сразу перемешалось в голове.

– Всегда на нудистском пляже загораешь?

– Всегда.

– Почему?

– По кочану.

Какой-то иностранец в голубой рубашке, похотливо подслушивавший их разговор, почувствовал слабину и поднял пиво, чокаясь с ней. Она ответила ему в той же манящей манере, собирая губы вокруг трубочки.

– Что, от трусов то-тоже следов нет? – наконец выдохнул дизайнер.

Маша среагировала слишком предсказуемо и поэтому совсем ирреально.

– Хочешь посмотреть?

Решительно поставила «Лонг-Айленд», взяла дизайнера за руку и, ни слова не говоря, повела через зал. Не задумавшись, открыла дверь в кабинку мужского туалета, потом сама заперла ее на щеколду изнутри и стянула с себя платье, под которым оказалось маленькое жилистое тело спортсменки, а на лобке – только узкая вертикальная полоска.