Поза трупа

Женщину, которая обеспечивала и лечение больной раком матери, и ремонт в доме отца. Женщину, в конце концов, управлявшую коллективом из пятидесяти трех человек. Она сама держала в руках вожжи от собственной судьбы. Однажды Катрин поехала в клинику и сделала аборт, потому что приняла такое решение.

Сложно сказать, откуда взялся образ этой женщины. Подсмотрела ли она его в каком-нибудь фильме, журнале или родилась уже с готовой мечтой стать тем, кем в итоге стала. Одно можно сказать наверняка – она не наследовала ни матери, ни отцу, ни за кем не повторяла и не пользовалась ничьим «готовеньким».

Это было ее собственное, полностью личное, кровное, честно заработанное. В общем, нынешний образ ей нравился. И она не променяла бы его ни на какой другой.

– Гнев – это эмоционально-химическая реакция, возникающая, когда эго сталкивается с каким-либо из аспектов своей личности, который был отвергнут как зло, – продолжала читать она. – В этом случае эго проецирует отвергнутый аспект личности на того, через кого проявляется этот аспект, и направляет свою энергию на удаление нежелательного аспекта.

Она снова остановилась, пытаясь вспомнить, когда и на кого злилась в последний раз. Конечно, это был ее муж Герман. Герман, подчеркнуто неблагодарный, всеми силами показывающий, как ему безразлично, что она устала.

Позавчера Катрин снова было предъявлено намерение уйти с работы. Как Герман видел себе дальнейшую жизнь, интересно? Она будет впахивать до пенсии, а он – делать вид, что пишет роман? Это продолжалось уже двадцать лет.

Наброски. Третьяковский складывал их в папку с названием «Темная река» на десктопе компьютера. Если ты ничего так и не написал за двадцать лет, может быть, уже и не напишешь? Она так думала, но никогда (никогда!) этого не говорила.

Ладно если бы Герман отплачивал ей нежностью, любовью. Все получалось совсем наоборот. Чем дальше, тем больше он ее не замечал. Ставил ей в упрек, что она груба и холодна. Пугал разводом.

Когда он в последний раз обнимал ее?

Недавно, во многом благодаря йоге, Катрин удалось расслабиться и перестать контролировать ситуацию в семейных делах.

Будь что будет. Хочешь бросить работу – бросай. Хочешь разводиться – разводись.

Герман всегда делал, как ему удобно, видел только себя, и уж кто настоящий эгоист, так это…

– Ну, расскажи, о чем думаешь? – спросил ее Альберт.

– Так, – Катрин махнула рукой и глотнула напитка со вкусом земли. – Вспоминаю свою жизнь.