Из родника моей памяти

Не успел я и нажать – а он бац… Интересно, как это люди могут помногу часов ходить, стоять, танцевать, бегать – и не уставать? Почему они не падают с велосипедов? Как можно ехать на двух тоненьких колёсиках? Вообще, интересно: управлять велосипедом сложно или нет?»

Мысли, вопросы так быстро вертелись в голове у Максима, как быстро крутятся шестеренки в часах, которые только что побывали в руках мастера.

Вскоре вернулся дедушка. Он принёс корыто с водой, небольшие резиновые заплатки и тюбик с клеем.

– Сейчас будем искать, в каком месте пробило…

Максим облокотился на переднюю ручку коляски.

Он не один раз уже видел, как дедушка клеит камеры, и знал всё наизусть, однако ему всё равно было интересно.

Солнце больше и больше загоняло тень под навес гаража.

– Парит. Наверное, к вечеру соберётся гроза. А ты как думаешь? – спросил он, накачав насосом камеру.

Посмотрев на дедушку, мальчик кивнул головой.

Ему хотелось что-то сказать, но, вместо этого, у него выходило лишь непонятное гортанное мычание.

Человек поставил камеру в воду и начал медленно её крутить.

– Следи, откуда появятся пузырьки воздуха, – сказал он и прибавил, – Дождь – это, конечно, хорошо. Всё живое пить хочет… Но беда в том, что сено намокнет, и его опять придется сушить… А вот и пузыри – значит, тут пробито.

На поверхности воды, и вправду, появились крохотные пузырьки. Они сбивались в кучку над тем местом, где из камеры выходил воздух, а потом мгновенно исчезали.

Надев очки, дедушка осмотрел прокол.

– Камешек или осколок стекла попал… Ничего страшного: заклеить, и будет держать.

Наблюдать за этим было не так интересно, поэтому мальчик вновь окунулся в мысли.

Из головы всё никак не вылетала мечта прокатиться на велосипеде. Она, словно птица, попавшая в клетку, билась о прутья беспомощности мальчика, пытаясь вырваться на свободу, чтобы реализовать себя.

В скором времени послышался нежный мелодичный мамин голос, звавший их с дедушкой на обед.

– Ну что, поработали, теперь можно и поесть, – с усмешкой произнес человек, отложив уже заклеенную камеру, – Пусть сохнет.

Летнюю кухню заполнял приятный запах жареного сала с картошкой, которые шипели и стрелялись во все стороны жиром.

В воздухе повисла сизая дымка. Было видно, как лучи света от окна пробиваются через неё. По дощатому потолку лазили две чёрные мухи. Замирая, они становились похожими на шляпки гвоздей.

Бабушка в дальнем углу возилась с вёдрами.