Элит

Его родители имеют обширные связи, поэтому не было необходимости раздумывать, к кому обратиться за помощью, чтобы об этом никто не смог узнать из посторонних лиц.

Мы находились в кабинете, в доме ЛэМофор – это единственное место, где можно было по-настоящему уединиться, чтобы никто не беспокоил. Прямоугольное помещение, без окон, с множеством книжных полок, где хранились самые разнообразные издания – начиная старинными книгами, доставшимися по наследству и переходящими из поколения в поколение, и заканчивая современной литературой.

Здесь всегда был приглушенный свет от люстр, висящих на потолке. В углу стоял массивный стол из красного дерева, с красивой округлой настольной лампой – подарок нашей семьи.

Я сидела в кресле, стоящем чуть поодаль от стола, изучая добытое досье. Темноволосый юноша, с искренней улыбкой, пленяющим взглядом чистых зеленых глаз, расхаживал из угла в угол. Строгая осанка, гордо поднятая голова, руки скрещены за спиной – в этом внешнем виде сложно было понять, что спрятано за кукольной оболочкой настоящего человека.

Лишь близкие люди могли проникнуть за эту завесу и… прочитать этого парня, как книгу, от и до.

– Может, ты уже прекратишь? Хватит мельтешить! Сядь и сиди, – слегка в приказном тоне высказалась я.

– Да, мисс, – показательно отреагировал Лекс и сел за стол.

Проводив глазами парня до самого места и задержав взгляд, я увидела на его лице улыбку маленького ребенка и покачала головой.

– Ты так и не ответила, зачем тебе понадобилось это досье? Решила найти его слабые места?

– Слабые места ищет мой отец.

Я лишь удовлетворяю собственное любопытство.

– Смотри… А то начну ревновать, – в этой фразе прозвучало нечто загадочное и одновременно смешное.

Взглянув внимательно на друга исподлобья, я отложила папку и корпусом развернулась к Лексу.

– Ты? Меня? К кому? – я прекрасно понимала, что все это говорится не всерьез, просто легкая игра, дабы выведать хоть что-нибудь от меня.

 – Две минуты разговора с человеком еще ничего не означают, – я разделяла каждое слово паузой.

– А это тогда что значит? – парень указал на желтые листы бумаги на моих коленях.

Алексу вновь удалось загнать меня в тупик. Хотя, здесь он прав, и я это прекрасно осознаю. Есть у меня сложная черта в характере – я не признаюсь себе, даже если не права. Но в этой ситуации приходится признать правоту друга, знающего меня лучше, чем я сама.