Сумрак закатной тени

Спустя пару часов со стороны Хатфилда показался еще один локомотив, тащивший за собой вагон, груженый рельсами. Трое рабочих в кепках, сидевших на нем, спрыгнули вниз

и начали выгружать рельсы, инструменты и запчасти. Затем они принялись поправлять и вкапывать в землю развороченные шпалы, класть на них свежие рельсы. Любопытные

пассажиры высыпали из вагонов, чтобы поглазеть на происходящее.

Вскоре ремонт путей был закончен, и рабочие забрались в свой вагон, погрузив туда оставшийся инвентарь. Запасной локомотив, свистнув, двинулся вперед.

Его силуэт становился

все меньше и меньше, пока окончательно не скрылся за поворотом. Выждав необходимый промежуток времени, машинист велел всем занять свои места и осторожно повел поезд

по свежепроложенным путям. Миновав опасный участок, локомотив издал протяжный свист и начал набирать скорость. Лес расступился, обнажив два крутых склона, поросших

мелким кустарником. Пути проходили по дну склона, как будто огромный великан, колоссального роста и телосложения, разрезал землю гигантским мясницким тесаком.

Пару раз Уинфреду показалось, будто чей-то силуэт промелькнул сквозь густые заросли. Он тряхнул головой, рассеяв наваждение.

До Хатфилда – следующей остановки – добрались без происшествий. На перроне толпился взволнованный народ. Как только поезд остановился, нетерпеливые пассажиры высыпали из вагонов. Некоторых тут же перехватили встречающие и забросали вопросами. Машинист выбрался из кабины, чтобы перевести дух и перекинуться парой слов с проводником, затем отправился к начальнику станции с докладом о задержке поезда.

Уинфред предложил Чарли прогуляться, но тот отказался, сославшись на короткую остановку. Но, решив было никуда не идти, юноша поймал горящий взгляд Джорди.

– Теперь моя очередь исследовать окрестности, а вы останетесь следить за вещами!

– Без меня никуда не пойдешь! – возразил Уинфред.

– Идите, я могу посторожить, – предложил Чарли. Юноша подумал секунду и велел брату спускаться на перрон.

Хатфилд оказался маленьким городком вроде Хантингдона, и в то же время сильно отличался от него.

С одной стороны, близость столицы давала о себе знать. Оживление, шум и

пестрая разношерстная толпа были братьям в новинку, в отличие от тихих аккуратных улочек Хантингдона. С другой стороны, ютившиеся в непосредственной близости друг от

друга домишки и лавчонки ничуть не напоминали жилища в сердце древнего графства, стоявшие в почтительном расстоянии друг от друга.