Девичник в Рейкьявике

Девичник в Рейкьявике

Марина Мурсалова

В книге четыре рассказа о том, как женщины могут тонко чувствовать, неплохо устраиваться в жизни, дружить, креативить и главное – влиять на события в мире. Для этого нужно лишь одно – чтобы бразды правления оказались в руках женщины.

Марина Мурсалова

Девичник в Рейкьявике

Девичник в Рейкъявике

– Доброе утро, дорогой, – Ли развернулась на высоком крутящемся стуле и протянула мужу его утренний грейпфрутовый сок.

Как всегда в прекрасной форме, свежа и воодушевлена после своей йоги, при макияже, в довольно сексуальном наряде – майка и короткие шорты.

Она привыкла работать над собой, это помогло с успехом отстать от возраста.

Взглянув на игривую улыбку Ли, муж нервно запахнул халат на выпирающем животике и, буквально выхватив бокал у нее из рук, уселся за стойку напротив.

– Аби, милый, ну не хмурься, – Ли грациозно сошла со стула и, зайдя за спину мужа, обняла его сзади. – Малыш, я ненадолго, меня не будет меньше недели.

– Не называй меня малышом! – рявкнул он грозно.

Чувствовалось, что мужчина разозлился не на шутку, и вовсе не из-за грейпфрута, который превратился в немой укор жены, недвусмысленный намек, что пора худеть. Также раздраженно разорвав объятия жены, он встал и, заложив руки за спину, начал вышагивать по кухне. Роста он был приличного и вида очень грозного, сложно даже предугадать, что произошло бы с его подчиненными, предстань он перед ними с таким вот выражением лица. Но его львице были известны все струночки и кнопочки его души и настроения, поэтому она все с той же лучезарной улыбкой продолжала просто внимательно наблюдать за ним.

– Я опять как дурак должен ехать один на этот чертов саммит. Целый день высиживать в битком набитом зале, делать умное лицо и бороться со сном, а тут еще и вечером придется в одиночестве идти на ужин, в театр и музей.

– Ты можешь отказаться от развлекательной программы.

– Отказаться?! – он остановился и возмущенно посмотрел на жену.

 – Ты издеваешься?! А где тогда я буду говорить о делах, об этих гребанных самолетах, о трубе, о погашении долга, о поставках газа наконец… В резиденции, где все прослушивается насквозь, или по телефону? – он смягчил тон насколько мог. – Ну, Ли, а ты пока поговорила бы о том о сем с его леди…

– Не хочу тебя разочаровывать, но его леди тоже не будет на этом саммите.

– А…

– И ее тоже.

– Это что, бабий бунт?

Ли непонимающе взглянула на мужа.