За гранью времени

В доме все было перевернуто, пропали деньги и драгоценности. На крыльце лежал мертвый отец. Он успел предупредить их, но не успел спастись сам. Видимо, он сражался до последнего, но силы были слишком неравны.

Вскоре, пришло известие о смерти братьев. Мать, словно впала в ступор, целыми днями сидела на одном месте, ничего не хотела. Анна, чуть ли не силой, заставляла ее немного поесть. Через неделю, в дом постучалась монахиня.

– Люди рассказали о вашей беде, я пришла узнать, не нужна ли помощь.

Анна посмотрела на доброе лицо пожилой женщины, и дала волю слезам. Слишком тяжелый груз событий, для пятнадцатилетней девчонки, свалился на нее в последнее время.

Мать определили в приют для вдов.

– Там о ней позаботятся, помогут, через какое-то время – она приедет к тебе, – пообещала монахиня. Анну пригласили пожить в монастыре.

– Поживешь, посмотришь, – сказала матушка-настоятельница, – может, останешься здесь и дальше, а не захочешь, уйдешь в мир.

В монастыре ее встретили приветливо.

– Не плачь, дитя мое, – утешала ее сестра-наставница, – что ушло, того не вернуть. Но будет что-то другое.

– Никогда не будет у меня отца, – возражала Анна.

– Возможно, у тебя будет муж, который будет любить тебя.

– Нет, не может быть человека, который будет любить меня, так как любил он… – Слезы тихо катились по щекам, и остановить их, казалось не было никакой возможности.

– Такой человек есть. Взгляни на этот лик. – Сестра показала на икону Иисуса Христа. – Он любит тебя, он любит нас всех, и его любовь непроходяща. Помолись, Анна, и тебе полегчает. Отец наш небесный, никогда не оставит тебя.

Анна посмотрела на икону: такой добрый и понимающий взгляд. Она нашла в молитвах успокоение и надежду.

Через три года, Анне нужно было принимать решение: или оставаться в монастыре и принимать постриг, или попробовать жить в миру.

Мать не пережила потери мужа и сыновей, Анна осталась сиротой. Были родственники матери в деревне, но Анна видела их совсем маленькой, и совершенно не помнила. Ехать к чужим людям не хотелось, здесь, в монастыре, все было знакомо и спокойно.