Бездна Мурены

– Я готов помучиться! Честно! – испуганно затараторил Левап.

Шлемофонцев извлёк из кармана пару капсул и выпотрошил их на ладонь.

– Что ж, ты сам напросился, – он злорадно ухмыльнулся и посыпал Вонахапа порошком вдоль всего шрама, словно поперчил подготовленного к жарке цыплёнка.

Штурман замычал, прикусив от боли губу.

– Глядите – у него треугольник! – воскликнул Врач, оттерев кровь с груди Левапа.

Все склонились над лежащим товарищем и уставились на появившийся невесть откуда рисунок рядом со шрамом.

– Раньше ничего не было! – испуганно заявил Вонахап.

– Зараза какая-то, – предположил Р-Нат. – Плохо дело.

– Без паники, – повысил голос Зенит. – Остальные все целы?

– Командор исчез, – заметил Лыжников.

– Сбежал, гнида, – процедил сквозь зубы Бортинженер, сильно сжав в руке рукоятку квентабера.

Маруся затянула заунывную песню:

Гробовы доски стиснули ножки —

Не могу протянути.

Сыра мать-земля к грудям прилягла —

Не могу продохнути.

В палату влетел полуодетый заспанный санитар № 3:

– Вашу ж мать, придурки! Ну я же просил!

Вытолкав всех звёздных разведчиков из женского отделения, Александр ещё раз прошёлся по палате и заглянул под каждую кровать – не осталось ли кого постороннего. Он уложил мычащую и слабо сопротивляющуюся Фундорину на койку и с тоской поглядел на голую рыжеволосую красотку, стоящую у стены. Во взгляде его читалось обречённое смирение ребёнка, разглядывающего в витрине игрушку, которую родители ему никогда не купят.

Подпрыгнувшая на кровати Владелина исхитрилась наконец попасть в санитара плевком.

– Получи, чекист недорезанный! – возликовала она.

Александр изрыгнул проклятие и бросился вон из женской палаты, утираясь на ходу.

В третий отсек он влетел в совершенно паскудном расположении духа. Измотанный ночными приключениями отряд «Нулевой парсек», предчувствуя недоброе, заблаговременно разлёгся по своим местам.

– Только пикните кому! – потряс Александр кулаком в воздухе.

В наступившей темноте воцарилось гробовое молчание. Лишь истерзанный Штурман какое-то время постанывал, но и он вскоре заснул. Капрал никак не решался закрыть глаза, ему казалось, что тут и там во тьме палаты зажигаются и гаснут треугольники.

Запись № 23. Никак не укладывается в голове. Откуда фурдория могла взяться в орбитальном борделе? С Тралюста II и муху-то нельзя в обход карантина вывезти.