Бездна Мурены

– Здесь ничего особо интересного, – констатировал санитар № 3. – У пациента Бакровского слабоумие.

– Никакой он вам не пациент, – разошёлся Лыжников. – Он наш комнатный фикус.

– Упрощаешь, Лыжников, – поморщился Биолог. – Ох, упрощаешь.

– И ничего не упрощаю. Глядите – как вымахал от регулярного полива!

Кто-то вымученно хихикнул. Студенты, незаметно для себя превратившиеся из наблюдателей в объекты изучения и насмешек, мечтали поскорее покинуть недружелюбные стены психбольницы. К счастью, осталась последняя кровать возле самого выхода.

– Паханов Павел, – Александр приступил к описанию её обитателя. – Параноик, имеет проблемы с ориентацией в пространстве – до сих пор способен заблудиться в наших коридорах. При этом неплохо разбирается в технике, науках.

Словно прочитав мысли вверенной ему молодёжи, Третий санитар поспешно захлопнул папку:

– Давайте на сегодня заканчивать. Перед уходом не забудьте записать свои фамилии в журнале.

– В каком журнале? Не бортовом ли? – насторожился капрал.

 – Коричневая такая корочка?

– В штанах у тебя коричневая корочка! Давно туда заглядывал? – схамил санитар Коля, заставив студентку брезгливо поморщиться и пулей вылететь из палаты.

За нею последовали все остальные участники «экскурсии». На какое-то время в третьей палате воцарилась тишина.

– Капрал, ты им специально не сказал, что я – штурман звездолёта? – прошептал Павел, испуганно косясь на выход в холл.

– Естественно, – кивнул Зенит. – Дроиды управляются напрямую искусственным интеллектом корабля.

Мы не должны подавать вида, будто догадываемся о его неисправности. Вдруг ещё начнёт защищаться и усложнит доступ к перепрограммированию.

Неожиданно нарисовавшийся в проёме выхода дроид Коля заставил Штурмана подскочить на своей кровати.

– Чего затаились, дебилы подопытные? – расплылся в довольной ухмылке Второй. – Бегом на ужин!

?

В больничной столовой было людно, просторное помещение гудело голосами и звенело посудой.

На стенах висели плакаты о пользе диетического питания. Когда в столовой появился экипаж третьей палаты, их взору предстал отщепенец Р-Нат, который только что передал грязную посуду в окно пищеблока и направился к выходу, доставая на ходу теннисный шарик из кармана.

– Чего нас не позвал?

Упрёк Бортинженера заставил Р-Ната покраснеть.

– Меня там… ждут… в теннис играть, – промямлил он и протиснулся сквозь укоризненно взирающих на него соседей по палате.