Последний бой

– Пошли в мою комнату, я покажу своё жилище.

Николай отворил дверь в середине коридора.

– Коленька, какой вы нетерпеливый, – Милана пальцем обвела рисунок парапланериста на футболке Николая.

Вошла в комнату. На одной стене у Николая полки со специальной литературой, там и «Книга термиков» Мартинса, и «Ментальная подготовка пилота СЛА» Мартынова, и «Понять небо» Пэгина, а ещё и «Дельтапланы», и «Руководство пилотам СЛА», и ещё, и ещё, и ещё. На противоположной стене большие фотографии ребят на полётах.

– Ух ты, какая у тебя странная библиотека. Нет, я больше люблю художественную, – она мечтательно посмотрела в окошко.

– Стены мало расставить, поэтому остальное держу в коробках, там и О. Генри, и Эдгар По, и отечественная классика – Толстой, Куприн, Тургенев. Из современных – Довлатов, Веллер, Аксёнов, Шукшин.

– О! Мы чем-то похожи. Мне тоже нравится Серёженька Довлатов, Вася Шукшин, – она повернулась и начала рассматривать фотографии.

– Но это всё как-то серьёзно. Мне больше весёленькое нравится – Мишанька Зощенко, пародист Санька Иванов, да даже Колюшка Гоголь, – улыбка не скрывала откровенного ехидства.

– О! Ты тоже летал? – Милана показала на фотографию Николая, где он был с поднятым куполом.

– Приходилось.

– Это незабываемое впечатление. Я летала в Греции, там привязывают тебя с парашютом к катеру и вперёд, над морем, красота!

– Ты просто настоящий пилот.

Николай не знал, как вернуть Милану к заводским настройкам, но терпеть её такую он больше не мог.

Всё решилось как-то само собой.

– Коля, ты не против, если я сначала схожу в душ?

– Да ради бога, – Николай снял с верёвки сохнущие джинсы, повесил ей большое полотенце. Удача сама шла ему в руки.

– А я тем временем спущусь в магазин, куплю хорошего вина.

Милана зашла в ванную, Николай быстро, не зашнуровывая, надел кроссовки и выскользнул в дверь. С шестого этажа спускался пешком, ему нужно было время, чтобы решить, как быть дальше, но ничего не приходило в голову.

В магазине он купил бутылку шампанского, две бутылки дорогого мартини, конфет.

Эх, если бы исчезнуть куда, дней на пять, мечтал в очереди на кассу Николай.