Слово закона. О магах и людях

Лэры и лэрэсы здесь присутствующие, призываю вас пораскинуть мозгами: стал бы столь выдающийся профессионал своего дела как лэр Титос возводить в доверенные лица брата одного из тех, которых долг его требовал изобличать? К тому же письмо мог подделать любой, как и подпись, даже личную магическую печать можно скопировать. Трудно, но возможно. В теории. Потому, являясь непревзойденным асом своего дела, лэр Титос никогда не позволил бы себе подобной оплошности.

– Вы смеете обвинять меня в подделке и наговорах?! – изумленно, ломающимся от гнева голосом, выкрикнул Секретарь.

– Смею. И обвиняю, – невозмутимо довершил Талус. – И посему вызываю вас на дуэль.

«Ох…» – вздохнула Гильда; «Правильно!» – выкрикнул Крон; «Сохрани нас Всевышний» – причитал Урион; «Мужчины…» – пожала плечами Мира; даже сонный Бильнос как-то взбодрился. Остальные либо отмалчивались, либо что-то бурчали, либо негромко переговаривались.

Словами не передать, как Аэрону хотелось увидеть в деле двух Приближенных.

– Согласен, – неуверенно проговорил Клетус, озираясь на Божественного.

С грустью Аэрон подумал – все равно не суждено ему увидеть такое историческое событие. Дарвос не Тернанд Жестокий, это при правлении того дуэли не были чем-то из ряда вон выходящим, хоть даже тогда смерти во время них – дело исключительное. Дуэли меж магами вообще были скорее формальностью, нежели вопросом чести и смерти. Дарвос же и вовсе, как показал двукратный опыт с Кроном, пользовался правом вето и налагал запрет на их проведение.

Но Дарвос молчал. То ли во сне, то ли бодрствуя, он апатично глядел сквозь полузакрытые веки.

– Премногоуважаемый лэр Дарвос, – окликнул его Секретарь, явно обеспокоенный перспективой сражения.

– А… да… – пробормотал Божественный, приподнимаясь на подлокотниках кресла-стула. – Да будет так. Дуэль состоится после окончания Вече. Как должно, я выступлю секундантом.

Аэрон воспылал восторгом, краска жизни прильнула к щекам: «Наконец-то увижу что-то значимое! Будет о чем написать в мемуарах».

Почерневшую от влаги обширную грунтовую арену, очищенную от всякой растительности, с высокими гранеными каменными столбами по углам, разрезал посередине небольшой водоем; разделял он Талуса и Клетуса, застывших друг напротив друга.

– К барьеру! – устало провозгласил Божественный.