Слово закона. О магах и людях

Даже службу провел за упокой как для человека.

Он получил, чего хотел. Нария улыбнулась так, как любил Орен более всего – снисходительно, добродушно, любяще. Непроизвольно он и сам засиял улыбкой.

– Лэр Орениус и… вы, завтрак готов! – бесстыдный звонкий оклик прервал беседу.

Низкорослая служанка с темными одеревенелыми волосами, чье лицо усыпали угри, стояла у террасы и спесиво улыбалась.

– Что значит «вы»? Пусть она и не лэрэса… Как ты обращаешься к госпоже Нарии?! – решительно подскочил Орен и сжал кулаки.

Юношеская злость играла в нем всякий раз, когда служанка – пусть и лэрэса – обращалась с высокомерием к сестре, которое, без сомнений, переняла от его матери.

– Лэр Клаунерис и лэрэса Дариния с вашим братом уже в обеденной – все ждут вас… только вас, – язвительно бросила служанка и отвернулась, направилась в дом.

– Я тебя не отпускал! – топнул Орен.

– Тише, братик, тише, – встала Нария и легонько помяла ему плечо. – Не нужно этого, будь мудрее. Пойдем лучше к столу, там и правда, должно быть, все заждались.

В просторной обеденной с раздвинутыми кремовыми занавесками на широких окнах, выходящих на восток, так, чтобы утреннее солнце освещало трапезу, за столом, накрытым белой скатертью, изящно сервированным разнообразными блюдами, уже сидели отец и мать Орена. Клаунерис Хоулс, нахмурив густые светлые брови, сосредоточенно изучал какие-то бумаги. Дариния качала на руках Клаунериса Младшего – трехмесячного младенца, завернутого в белые пеленки.

– Ч-ч-ч-ч, ч-ч-ч, будущие лэры не плачут. Ты чего плачешь? Не плачь. – Качала на руках ребенка она. Растрепанные русые, еще более светлые, чем у Нарии волосы, падали младенцу на лицо. – Ч-ч-ч. А, вот и вы! Явились наконец-таки. Сколько вас можно ждать? Сколько раз тебе можно говорить? Проснулся – иди за стол и жди завтрак. Нечего с людьми по садам якшаться!

Отец даже не поднял взгляда.

Усевшись за стол, Орен злостно сжал вилку.

– Прошу прощения, лэрэса мать, это я виновата, – склонив голову, робко оправдывалась Нария.

– Конечно ты. Кто ж еще? Ты почему не помогала на кухне, как я тебе велела уже тысячу раз?! – Клаунерис Младший пронзительно заревел. – Видишь, что ты наделала?! Своим присутствием ты растревожила нашего будущего лэра! Садись есть, пока я не передумала и не отправила тебе в харчевню.

– Да, лэрэса мать, – покорно проговорила Нария и уместилась между Ореном и Даринией. – Прошу прощения.