Лоскутное одеяло

Который задал один вопрос: «Все целы?».

Мы рассосались, и когда-то попали домой. Мои родители спросили меня: «Ну как вы погуляли?». Я, естественно, ответила: «Хорошо!», истово молясь, чтобы подробности о том, насколько хорошо мы погуляли, никогда не дошли до их ушей!

Надо сказать, молитва работала почти тридцать лет. Только недавно, моя мама, работая с папой Коли над каким-то общественным мероприятием, позвонила мне и возмущённо рассказала, что, мол, товарищ, по всей видимости, впадает в маразм – какие-то дикие истории рассказывает, про хороших детей! Я принялась хохотать, и рассказала маме оригинальную версию, надеясь на амнистию, за сроком давности.

«Б-г хранит пьяных и дураков», – говорят.

Слава Ему, иногда включающему в этот список влюблённых подростков!

Благодаря этому Его исключению, сегодня мы можем наслаждаться сладкой ностальгией по тем, сглаженным и романтизированным памятью, временам, и сравнивать впечатления от событий, обсыпанных розовой пыльцой (довольно въедливой штукой, должна я заметить!) нашей общей юности… Ну и конечно, делиться этими впечатлениями с новыми игроками на поле нашей последующей жизни, в тяжёлые моменты вновь погружаясь в тёплую расслабляющую ванну, юношеских воспоминаний.

Бедуинское платье

Обратила внимание на то, что многие мои рассказы носят название вещей. Что поделаешь, если предметы волнуют меня только лишь в тех случаях, когда ведут за собой к рассказу о событиях и людях, оставивших след в Душе – а иначе какой в них смысл?

Вот и бедуинское платье, галабия, теперь висящая в моём шкафу, попала туда только в тот момент, когда стала иллюстрацией к яркой истории, вдохновляющей и волнующей, вплетенной в мою личную и превратившаяся в нечто большее.

О чем я вам сейчас расскажу.

Много лет назад наша семья жила в Беер-Шеве, столице Негева, – центре бедуинских поселений, на время отодвинутых цивилизацией, а теперь, за счет высокой рождаемости, потихоньку возвращающихся на свои исторические места. Недалеко от нашего района находился бедуинский рынок – предмет моего всегдашнего вожделения.

И потому, что я покупала там всякие причиндалы для танцев живота, которые танцую уже лет сто с неубывающим энтузиазмом и любовью, и потому что каждый поход на этот рынок это путешествие на машине времени. В другой мир, в другое измерение, в сказку. Лампы Алладина и Ковры-самолеты, вместе с загнутоносыми волшебными башмаками Маленького Мука можно было купить там по сходной цене каждую среду.