Красный Лог

Портреты командиров, начальников штабов и замполитов, их жён и детей, домашних питомцев, кроме того, бесконечные праздничные варианты оформления к красным датам, наглядная агитация в штабных помещениях, казармах и полковом клубе, – всего не перечесть. А еще к нему выстраивались в очередь, чтобы получить вожделенный рисунок для наколки, без которой ни один уважающий себя солдат и сержант домой не возвращался, хотя все осознавали, что нарушают воинский Устав.

Предметом гордости рядового Ивана Антонова была галерея воинской славы из живописных портретов героев Гвардейского зенитного полка, особо отличившихся в годы Великой Отечественной войны, а также отличников боевой и политической подготовки из числа военнослужащих офицерского и сержантского послевоенного состава полка, который теперь дислоцировался в унылых песках Казахстана с его неизменно кочующими обитателями – вечно линяющими верблюдами и семействами диких ишаков, неустанно жующих колючий саксаул и сухую полынь.

Большие круглые настенные часы над дверью в вестибюле показывали без четверти двенадцать, когда художник вошел в здание, в котором было полно народу, гремела музыка вперемешку с детским смехом, песнями, очередной детский новогодний утренник, третий за день был в разгаре, впереди был еще один для курсантов военного училища.

Директор Людмила Ивановна, увидев на входе художника, отделилась от толпы посетителей ему навстречу и попросила пройти в кабинет. Блондинка с пышным начесом на голове и ярким макияжем, в кофте из блестящего люрекса и юбке плиссировке, в высоких сапогах на платформе, с холеными ногтями выглядела привлекательно и моложаво, про таких говорят – женщина без возраста, хотя ей было уже за сорок.

– Иван Иванович, – начала она мягко и вкрадчиво своим приятным тембром, – Хочу еще раз выразить благодарность за прекрасное новогоднее оформление, чудесный ледяной городок; Вы настоящий мастер, мы все восхищены… я написала ходатайство в отдел культуры с просьбой о вашем премировании.

– Спасибо, приятная новость, служу советской культуре, – шутливо отчеканил и обаятельно улыбнулся ей.

Этот двадцатилетний молодой человек, воспитанный в интеллигентной семье инженеров, с хорошими манерами, открытыми умными глазами и обаятельной улыбкой, без вредных привычек стал центром внимания нового коллектива, к нему уважительно обращались по отчеству. Она внимательно оглядела его и улыбнулась, – непокорный светлый ёжик еще не успел отрасти после армии и превратиться в мужскую прическу.